Хлопоты ходжи Насреддина

Однако никто из завсегдатаев чайханы не жаловался на малые ее недостатки, ведь, по сути, здесь собирались бедняки, и им было не до изысков. И, разумеется, хозяин чайханы Саламат, большой друг Икрама, старался угодить посетителям, больше экономя на себе, нежели на них. Видно, поэтому чайхана не особо процветала, но зато у Саламата имелось много друзей, которые охотно делились с ним овощами со своих огородов, зерном и дичью, пойманной на охоте. В бедной чайхане, можно сказать, все было общее. Саламат принимал даже самых бедных, тех, кому нечем было заплатить за еду.

Их он кормил недорогим блюдом – атолой, и еще всем, что оставалось к позднему вечеру. Правда, оставалось у Саламата очень и очень мало, потому как готовил он вкусно и с душой, а продавал очень дешево.

Вот в этой самой чайхане и нашли свое спасение от дневного зноя ходжа Насреддин и Икрам, как только покинули мечеть. Вместе с ними, все еще посмеиваясь над муллой, вошли трое мужчин. Последние с немалым уважением поглядывали на незнакомого старика, не побоявшегося связаться с «божьей карой», как муллу прозвали меж собой люди этого селения.

– Да, бедный наш мулла, – сказал один из мужчин, утирая потное лицо платком, когда все расселись кружком на широком топчане.

– Чего это он бедный? – мгновенно возмутился другой мужчина с пышной бородой и курчавой шевелюрой.

– Да нет, я хотел сказать, он аж позеленел от злости. А ведь верно вы, почтеннейший, заметили, – обратился первый к Насреддину, потягивающему из пиалы свежезаваренный зеленый чай.

– Непонятно за что мы ему носили дары.

– Да-а, – потер ладони о колени третий, который оказался так худ, что было неясно, как только в нем держится душа. – Только вот Аллаха бы не прогневить.

– Глупости! – ответил ходжа Насреддин. – Если уж бессердечный мулла своими поступками до сих пор не прогневил бога, то чего вам-то бояться? А если даже и прогневишь, то разве тебе может быть еще хуже, чем сейчас?

– Странные вы вещи говорите, почтеннейший, – покачал головой худой. – Но впрочем, хуже и вправду уже быть не может.

– А помните, – оживился первый из мужчин, как правитель, у которого гостил Насреддин, спросил у него: «Ответь мне, что больше – рай или ад?»

– И что же ответил ему Насреддин? – спросил тощий.

– Он ответил, что рай больше. Потому что бедных на свете гораздо больше, чем богатых.

– Ха, ха-ха, – осторожно засмеялись мужчины, не забыв сначала оглядеться по сторонам. Икрам покосился на ходжу, но тот лишь снисходительно улыбнулся, ничего не сказав.