Планета Хаоса

Сейчас ты - принцесса, с какими-никакими знаниями о мире, с деньгами и документами. В другом мире ты - никто, бродяга без пищи и крыши над головой...

- Я готова! Лишь бы быть с тобой.

- Ана... - логика на влюбленных не действовала никогда, но попробовать-то можно, - кто я такой? Я - человек, который может в любую секунду забыть, кто ты такая, из милого человека, которого ты знаешь, стать кровожадным маньяком. И, самое главное: я не могу взять тебя с собой, просто не умею...

- Ты просто не хочешь!! - залилась слезами Ана.

- Ты меня не любишь!!!

Она упала мне на грудь и опять вымочила только-только высохшую рубашку. Ну что ты будешь делать. Никогда в жизни в меня еще не влюблялись наивные девочки. Как бы ее охладить помягче? Скажешь, что любишь: будет надеяться. Скажешь, что не любишь: утопит в слезах.

- Эрих, - рыдала принцесса, - ну почему я тебе не нравлюсь? Я красивая...

...Трудно поспорить...

- ...послушная...

...Да уж...

- .

.. я не буду тебе надоедать...

...Чем вы сейчас занимаетесь, ваше высочество?...

- ...я...я...ты еще не знаешь, какие замечательные блины я пеку...

...Неотразимый довод...

- Эрих... - внезапно голос принцессы стал кошачье чарующим, - ты еще не знаешь всех моих талантов...

Вырываться было поздно: Ана уже обвила мою шею руками. Я закрыл глаза... Ухватки принцессы заставляли вспомнить ее маму. Какой бы скромницей тебя не воспитывали, а природа себя покажет.

.. Как говорила моя первая жена... как же ее звали... и что она такое говорила?...

- Эрих... - мурлыканье принцессы было совсем близко... - Ну пожалуйста... Ее легкое дыхание касалось моих губ... Помада пахла клубникой... Интересно, а на вкус...

Загрохотал замок, напомнив нам, что мы вообще-то пока еще пленники и не время объясняться друг другу в любви. Мы вскочили как застигнутые неожиданно явившимся мужем любовники, судорожно приводя себя в порядок: я - застегивая рубашку (шалунья-принцесса.

..), Ана - поправляя платье. В секунду мы уже сидели сложив руки на коленях, как приличные детки у директора школы. Спустя еще секунду я вспомнил о пистолете, засунул руку под подушку, но было уже поздно. Вместо того, чтобы тащить нас на эшафот (для меня он выглядел, как пыточное кресло, а для принцессы, скорее всего, как огромная кровать), тюремщики впихнули в камеру еще одного человека и захлопнули дверь.