Адъютант 3. В гостях у тёмных эльфов.

А тебя что сюда привело?

– Да. Учитель просил сопроводить вас во дворец и присмотреть за всем. – Дроу сделал неопределённый знак рукой.

– Возможны провокации?

– Нет. Но вот глупо подшутить кое-кто может. Им конечно потом уши оборвут, но лорд Гьеран не хочет, чтобы отношения между Княжеством и Империей начинались подобным образом. Так что вся наша команда (дроу быстро осмотрелся по сторонам, удостоверившись, что никто не подслушивает) ну, что путешествовала по островам вместе с вами, граф, работает в прикрытии посольской мисси.

Сверху из своих комнат уже при параде cпустился полковник.

– Алексей Владимирович, – обратился я к нему, – посол скоро будет готов?

– Да, сейчас они с Фадеем Ильичом спустятся. А нас уже торопят? – он кивнул в сторону Дарена.

– Нет, господин полковник. Меня послали, чтобы вас сопровождать, и у нас в запасе есть ещё около получаса, – ответил за меня эльф.

– Замечательно. – Дядя Лёша отдёрнут парадный китель, и так сидящий идеально.

– Дарен, до дворца пешком пойдём? – спросил я.

– Что вы! Как можно! Карета уже подана и ждёт! – дроу произнёс это с лёгкой улыбкой, так что мне сразу стало ясно, что с этой каретой что-то не то.

Наконец спустились посол и Фадей Ильич. Первый был в парадном, расшитым золотом мундире действительного статского советника, а второй в смокинге. Орден «Цветущего леса» на груди у Виктора Геннадьевича отсутствовал, в одной руке он держал треуголку, а второй слегка придерживал камзольную шпагу – чисто декоративное оружие.

По внешнему виду посол был собран, спокоен и готов действовать, но азартный блеск глаз его выдавал. Он был близок к осуществлению своей мечты – первый дипломат во владениях дроу.

– Ваше высокопревосходительство, экипаж подан! – Дарен вытянулся в струнку и лихо щёлкнул каблуками своих высоких сапог. Занятно, даже у меня так браво не получится.

Виктор Геннадьевич начальственно водрузили треуголку на голову и молча махнул рукой в сторону выхода. Непонятно почему нечего не сказал «на дорожку» – наверно побоялся, что от волнения дрогнет голос.

Выйдя на улицу, я понял, почему дроу ухмылялся, когда говорил про карету. То, что предстало нашим взглядам, было большущим открытым экипажем, запряжённым шестёркой лошадей, на козлах восседал гном в ливрее и с набриолиненные волосами. Фиакр не фиакр, но что-то очень большое, легко способное вместить десяток пассажиров. Пока все усаживались, я легонько толкнул в бок эльфа и негромко спросил.