Дневник охотника на ангелов

И вдруг совет Долины решает, что лучше потратить деньги на обучение своего собственного мага, чем каждый раз во время засухи приглашать за огромный гонорар городского, да еще и терпеть его издевки над деревенской сиволапостью и тугодумием. И жребий падает ни на кого иного, как на нашего Мо! Вот уж кто ни сном ни духом, даже в мыслях не было! А, поди, ж ты – выбрали именно его! Во-первых - сын старосты, во-вторых – толстый, значит, ест хорошо. Ну, а кто хорошо ест, тот хорошо и работает, это и дураку известно.

И так вот наш Мо, неожиданно для себя, пакует узелок, кланяется родителям и отправляется в далекую и непонятную Тиариссу грызть гранит науки – и это вместо сенокоса! Гранит, надо сказать, оказался твердым и невкусным, а проклятые науки никак не хотели лезть Мо в голову – ну, не привыкла голова думать! Вот руками что-нибудь поделать – это да! А просиживать целый день на лавке, да мозги напрягать, ох и тяжко…. Единственное, что удерживало толстяка от того, чтобы плюнуть на все и вернуться обратно в деревню, была та астрономическая для деревенского парня сумма, которую заплатили за его обучение. Отец Мо перед самым отъездом шепнул ее тому на ухо, зная, что будет для сына лучшим стимулом. И оказался прав – не мог Мо допустить, чтоб такие деньги даром пропали. Ну не мог и все! И с плачем и скрежетом зубовным, заставлял себя подниматься каждое утро с кровати, чтобы опять усесться на ненавистную лавку в не менее ненавистной аудитории и попытаться запихнуть в свою несчастную голову хоть крупицу знаний. Единственное, что утешало – после первого курса его в отличие от нас ожидала упрощенная программа обучения – исключительно погодная и лечебная магия – а деревенскому магу больше и не надо. Так что через полтора года, с божьей помощью, Мо уже сможет вернуться в родные пенаты. Но для этого нужно было сдать Летний Экзамен – ужасное испытание, вызывающее у первокурсников страх и трепет духовный. Его судил сам Ректор, собственной персоной, и каждый год не менее половины студентов после Летнего Экзамена отправлялись восвояси. Не помогали ни деньги, ни связи и не мольбы. Ректор был настолько же беспристрастен, насколько и беспощаден и ценил лишь знания. Нет, не так – Знания. С большой буквы «З».

Мне и самому полагалось бы трепетать перед экзаменом, но я с недавних пор предпочитал об этом не задумываться.