Дневник охотника на ангелов

Из подсвеченной свечами темноты вышел хозяин "Короны", не спеша зажег трубку и, выдыхая едкий табачный дым прямо мне в лицо, сказал, чеканя при этом каждое слово:

- Слушай меня внимательно, сопляк. Я не знаю, как тебе это удалось, но если еще раз тебя увижу – ты отсюда живым не выйдешь!

Я изобразил понимание, хватка ослабла, и я остался кашлять на полу в обнимку с набитыми золотом мешками. Ну что ж, теперь это официально – это действительно был последний раз.

Глава 12

Дворик был прелестным – мраморный фонтан, в плоской чаше которого ленивыми струйками плескалась вода, стена, увитая виноградными лозами и выбеленные каменные плитки пола, чистоту которых сейчас нарушала моя кровь, капающая из разбитого носа.

Губа тоже кровоточит, и я чувствую во рту отвратительный медный привкус, от которого тошнит еще больше. Сумасшедший принц дроу стоит поодаль, наслаждаясь своим триумфом. По-хорошему, я должен был сдаться еще в самом начале, когда это еще можно было назвать цивилизованным боем по правилам. Лечь, задрав лапки, и прекратить это бессмысленное избиение. Все равно ведь у меня не было ни единого шанса выиграть этот бой. Старый Саккар неплохо научил меня держать меч и отражать удары. Реакция у меня была неплохая, и даже сознание я научился открывать вовремя, но вот с выносливостью были проблемы. Против Саккара я мог продержаться минут десять не больше, и принимать вызов принца было с моей стороны не просто безумием - самоубийством. Но главным моим недостатком был не недостаток выносливости, а сумасшедшее ослиное упрямство. Вот и сейчас – вместо того, чтобы остаться лежать, что-то непреодолимо толкало меня встать. И я вставал. С трудом, поднимаюсь сначала на колени, плююсь грязью и кровью, мотаю головой из стороны в сторону, чтобы прекратился, наконец этот мерзкий шум в ушах. Скорее всего, это хрустят мои зубы. Довольно противный звук, если честно. В руках у принца нет ничего, но ему не нужно никакого оружия. Он может сейчас просто сунуть руку в мою грудную клетку и вынуть оттуда истекающее кровью сердце, и я знаю это наверняка. Сумасшедший сукин сын умеет бить коротко, не размахиваясь. Только что ты стоял на месте, и уже летишь с саднящей челюстью на пол. Приземляюсь у подножия фонтана, сильно ударившись головой о край. В глазах мутно, я не слышу ничего, только стук собственного сердца где-то под горлом, и далекий-далекий смех. Сплевываю на пол собравшуюся во рту кровь и снова пытаюсь встать.