Дневник охотника на ангелов

Тут я обнаружил, что даже такое простое действие, как удержание головы в приподнятом состоянии мне еще не под силу и повалился обратно на свой топчан, мгновенно провалившись в глубокий целебный сон. С этого дня я стал быстро поправляться, а когда совсем выздоровел, то решил, что Повелитель мне, скорее всего, привиделся. Да и разговор с Принцессой был слишком невероятен, чтобы состояться на самом деле. Понемногу жизнь моя опять вошла в привычное русло – бесконечные утомительные занятие с Саккаром, медитации, спарринги, ужин – и вот уже ночь.

Иногда, когда Саккар заказывал для нас тренировочный зал в Школе, я замечал на краю площадки группы темных Эльфов, бесцеремонно меня рассматривающих. В такие моменты, сердце у меня болезненно сжималось и руки дрожали, но принца Эсмери среди них никогда не было. И, хотя я и решил, что разговор с Принцессой был сном, ее слова о том, что я был не так уж и плох, не выходили у меня из головы. Если это действительно так, и не все воины -дроу могли продержаться против Саккара даже тех десяти минут, доступных мне, то выходило, что я не так уж и безнадежен! Особенно для человека… Я исподтишка рассматривал Саккара, его могучую мускулатуру, свирепое лицо, обезображенное ритуальными татуировками, глубокий шрам, протянувшийся через весь лысый череп. Нужно быть совершенным безумцем, чтобы воображать, что я смогу когда-нибудь его победить. Его, или любого другого воина - дроу. Это просто немыслимо, невероятно! Гораздо логичнее было бы предположить, что весь мой разговор с Принцессой, и вообще ее появление во дворе, были всего лишь последствиями удара по голове. Надо же вообразить себе такую дикость! Впрочем, разве вся моя жизнь на Острове не казалась мне порой дикостью, выдумкой и дурным сном?! От таких запутанных мыслей я совсем терялся и начинал сбиваться даже в самых простых упражнениях, за что получал от Саккара чувствительные подзатыльники и лишний час медитации в наказание.

Медитации я ненавидел и он это прекрасно знал. Я предпочел бы любую тренировку, с мечами или без, даже с полной имитацией, при которой боль от иллюзорного удара или перелома чувствовалась как после настоящего, чем торчать в неудобной позе часами, пытаясь в очередной раз сдвинуть травинку усилием мысли.

Но делать было нечего, и я опять усаживался во дворе своей хибары под ивой, помолившись предварительно всем известным мне богам, чтобы помогли мне с погодой. Для Саккара никакой дождь, ветер или град не были достаточным оправданием для отмены медитации.