Лёха - сокрушитель Вселенной

– А сам ты, Лёха, какие подвиги совершал? Больно я люблю про такое послушать, –произнёс Индржих, пока слуга доливал ему вина.

Лёха почесал башку, остро жалея, что сейчас здесь нет Петровича, который мог бы рассказать обо всём куда интереснее и красивее. Искусством риторики Лёха не владел.

– Да бля, паладин я, короче, ну, типа, герой, – ответил Герой. – Богиня сказала кого бить, я тех и бью, короче.

Рассказ получился не очень красочным, но Лёху спасла перемена блюд. Слуги внесли целого жареного поросёнка, покрытого румяной корочкой.

Лёха уже не был голоден, но почувствовал, как всё равно от запаха жареного мяса потекли слюни. В замке Индржиха ему начинало нравиться всё больше и больше.

Поросёнок лежал на широком металлическом блюде, окружённый гарниром из овощей и грибов. Индржих лично взялся отрезать мясо, решая, какой кусок кому достанется, и Лёхе достался приличных размеров окорочок. Как почётному гостю, не иначе. Рыцарям достались куски поскромнее.

– Ты, вестимо, из дальних земель.

У нас поблизости никто такого платья не носит, и говор необычный у тебя, – заметил барон. – Расскажи про свои края.

Вот за свой район Лёха был готов пояснить всякому. Всю жизнь он прожил в одном и том же микрорайоне, и его там знали все.

– Так с Белозерска я, с Восточного. Кого хочешь спроси, все за меня скажут, что я пацан нормальный. Кроме этих петушар с Тракторного, они гнилые все. И с Энгельса черти тоже сплошные, – ответил Герой, пускаясь в пространные воспоминания.

Барон, естественно, ничего не понял.

Понял только то, что Лёха пришёл с востока, на что, в принципе, намекал его костюм, но с другой стороны, лицо у гостя было широкое и красное, совсем непохожее на смуглые лица узкоглазых мастеров боевых искусств, которые иногда странствовали по дальним краям.

–А вы, бездельники, как так? Как перепутали смелого витязя с простолюдином? – сурово сдвинув брови, прорычал Индржих.

Рыцари снова уткнулись в свои тарелки, но там ответа не находилось. Лёха снова поспешил на помощь.

–Дык это, я, короче, рыбу ловил. Во, такого же порося поймал, – Лёха показал обглоданной костью на свиную голову. – Он, сучара, вырываться стал, меня всего грязью забрызгал. Ну и тут твои пацанчики подъехали. Я-то им хотел пояснить, что попутали они, да миром не удалось решить, пришлось их подрихтовать мальца!

Лёха заржал и покраснел ещё больше, сопли и слюни полетели в разные стороны, приземляясь то на поросёнка, то в чужие тарелки.