Лёха - сокрушитель Вселенной

Пропущенный в печень заставил его согнуться от боли, а перед глазами снова промелькнули системные сообщения о полученном уроне.

— Ай, бля! — выдохнул Паладин.

Удар исподтишка, не только болезненный, но и весьма унизительный. Лёха такое терпеть не мог.

— Ну, сучара, ты напросился, бля, — зашипел он, снова бросаясь в бесполезную атаку, ведь каждый его выпад проходил мимо цели.

Посланник тьмы наверняка стоял где-то в стороне и тихо посмеивался.

— А ну, покажись, чмо! — крикнул Герой.

Чёрный Приспешник на время материализовался в трёх шагах от Лёхи.

Он стоял, сложив руки на груди, а на его губах играла мерзкая улыбочка тотального превосходства. Меченый Злом наслаждался своим положением и даже не скрывал этого.

— Преклони колено, и я дарую тебе быструю смерть, паладин, — осклабился он.

— Кукареку!!! — громогласно заорал Петрович, пикируя на врага.

Острые когти вонзились в лысину, петух хлопал крыльями, клевал Чёрного Приспешника в темечко, драл его лапами, но летящий сгусток тьмы отправил петуха в полёт, словно метеор.

Петрович пробил своим телом окно и исчез, напоследок испустив громкий вскукарек.

— Петрович! Сука! — возопил Паладин, в приступе священной ярости кидаясь на посланника тьмы.

Солнечный свет заполз через пробитую петухом дыру, а густой запах водочного перегара, наоборот, стал потихоньку рассеиваться. Дышать стало легче.

Лёха обрушил на Чёрного Приспешника град ударов, изо всех сил, будто праведный гнев придавал ему всё новые и новые силы. Петрович хоть и был петушарой, своенравным, назойливым, болтливым, но он был своим петушарой.

И Лёха понял это только сейчас.

— На, ёпта! — мощный хук справа угодил Чёрному Приспешнику прямо в челюсть.

Над головой посланца тьмы пестрели системные сообщения об уроне, но Лёха не обращал внимания и месил изо всех сил, чувствуя, как свежий воздух, льющийся из разбитого окна, прибавляет выносливости, а солнечный свет наливает его мускулы нечеловеческой мощью.

Лёха заметил проблеск ужаса в глазах противника, который теперь только оборонялся и уворачивался, пытаясь снова уйти во тьму, но каждый новый удар сбивал ему концентрацию, и пелена тьмы словно разбрызгивалась в стороны.

Тем временем Ледовласый начал оживать на своём троне. Сначала вождь начал вяло шевелиться, будто шум драки мешал ему отдыхать. Потом солнечный зайчик из разбитого окна начал бить ему прямо в глаз, и Ледовласый хмуро поморщился. Наконец, свежий уличный воздух достиг его лёгких.