Лёха - сокрушитель Вселенной

Маг становился всё раздражённее с каждой минутой, что-то бурчал себе под нос, чесал затылок, поправлял колпак и читал заклинания, но ни одно заклинание не приближало его к цели.

— Ты должен отправиться с нами в Магическую Академию, — наконец пробурчал он. — Мы тебя изучим и докопаемся до сути божественной Силы.

— Не, так не пойдёт! — воскликнул Паладин, стряхивая с костюма пылинки, будто бы оставшиеся после манипуляций колдуна. — Лягушек изучайте, я чё вам, кролик подопытный что ли?!

— Мы научим тебя магии! Ты познаешь могущество, которое тебе и не снилось! — высокопарно произнёс маг.

— Ты щас пендаля познаешь, дядя, я и не посмотрю, что ты дряхлый как пень, — угрожающе прорычал Герой.

Лёха притворно замахнулся, и магистр Тинориус отскочил назад с резвостью, достойной лучших игроков НБА, но тут же перешёл в атаку, протягивая к Герою костлявые пальцы, на кончиках которых искрились молнии.

— Наглый щенок! — завизжал он.

— Хватит! — прогремел Ледовласый.

Молнии на пальцах погасли, а колдун поправил колпак, смерил Лёху высокомерным взглядом и отошёл к своим коллегам.

— Устроили тут, понимаешь... — недовольно пробурчал Вождь, но его речь бесцеремонно прервала внезапно открывшаяся дверь.

В тронный зал ввалился запыхавшийся крестьянин, потный и чумазый. Он сорвал шапку с головы и бросился Ледовласому в ноги.

— Ледовласый, батюшка, помоги, защити! — запричитал он, сгибаясь в низком поклоне.

— Охрютка? Из Широких Ручьёв? — похоже, Вождь знал каждого в своём государстве, пока был трезв.

Охрютка встал, часто дыша. В пальцах он беспрестанно теребил шапку, а по чумазому лицу стекали слёзы.

— Ледовласый, батюшка, беда к нам пришла! — продолжил он, снова начиная задыхаться от волнения. — Деревня-то наша... Там ведь энти у нас...

— Тёмные земли у вас недалече, знаю, — произнёс Ледовласый.

— Ой, горе-то какое! Беда! — снова запричитал мужик. — Мёртвые-то в могилах не лежат! Встают ночами! Яшкину корову заели! Старуху Аксинью покусали! Ночами в двери скребут!

— Ну, Герой, вот и дело тебе нашлось, — хмыкнул Вождь.

Глава 20. Возвращение Петуха.

И всё-таки, когда доходило до настоящего дела, Лёха был трусоват. Ведь одно дело считать себя Героем, говорить всем, что ты — Герой, пользоваться своим статусом, принимать похвалы и подарки. И совсем другое — по-настоящему быть Героем, когда ты должен лететь навстречу любой угрозе, любой ценой защищая тех, кто не может защитить себя сам.