Лёха - сокрушитель Вселенной

— И как их угомонить? — уточнил Герой. — Молниями стрелять я не умею.

Старик задумался снова. Над решением этой задачки он бился уже почти три недели, но всё равно каждую ночь мертвецы вставали из могил и принимались безобразничать в деревне. Единственным надёжным средством был солнечный свет, но всякий раз незадолго до рассвета они зарывались обратно в свои же могилы, строго соблюдая порядок размещения. Ещё одним вариантом были колдовские молнии, но действовали они только неподалёку от башни. Но колдун был готов и на это, потому что никакие другие заклинания, эликсиры и ритуалы не могли успокоить восставших трупов навсегда.

— Их уничтожает солнце, — произнёс колдун.

Лёха широко зевнул. Он успел соскучиться по мягким подушкам и чистой постели.

— И чё, они до сих пор не позагорали ни разу? — спросил он. — Бля, ну вы даёте тут. Это же делов на один день всего!

— Я рад, что вы, Лехаим, так быстро нашли решение...

— Слышь, бля, ты меня как назвал? — перебил старика Лёха, резко поднимаясь с корточек.

Колдун встал со своего места, опираясь на волшебный посох, протянул скрюченные пальцы в сторону Лёхи. По ним перебегали синие искорки, готовые тут же испепелить Героя.

Глава 29. Феноменология Петуха.

Напряжение буквально повисло в воздухе. Причём, напряжение гораздо большее, чем привычные Лёхе двести двадцать вольт. Но даже привычные двести двадцать бьют весьма неприятно, это Лёха знал на собственной шкуре. А колдовские молнии наверняка гораздо мощнее, чем обычная розетка.

Старик медленно водил рукой в воздухе, а искорки на его пальцах угрожающе потрескивали. Лёха, в свою очередь, просто стоял, угрюмо глядя прямо на колдуна.

— Ты меня как, бля, назвал, пердун старый? — процедил Герой.

Как и всегда, самым первым отреагировал Петрович, с размаху вклиниваясь меж двух огней. Петух громко захлопал крыльями, распушил перья и встал аккурат перед колдуном.

— Тихо, тихо! Успокойтесь оба! — закудахтал он.

— Слышь, петушара, угомонись, — приказал Избранный, но тот не слушал.

— Хва-а-атит! — пропел он.

Колдун резко сжал пальцы в кулак, и все искры разом погасли. Он грузно опустился обратно в кресло, откинулся на спинку, сложил руки на груди.

— Так-то, бля, — буркнул Герой.

— Ты тоже молчи! — шикнул на него Петрович. — Там, снаружи, трупы поднятые! Тьма наступает! А вы тут петушитесь из-за мелочей!

— Это не мелочь, бля, — возразил Избранник Богини. — Я — Лёха. И никак иначе, бля.