Герой по имени Кигус

Гномы радостно воспользовались пустующим домом и, вконец обнаглев, попались на глаза герою. Но дальнейшим событиям никакого объяснения нет. Не иначе, услышав о том, что Кигус бросил путь героя, вмешалось само провидение….

Кигус – расхититель гробниц

На Горной равнине наступало раннее утро. И оно было отвратительным. Небо было затянуто серыми тучами до самого горизонта. Дождь ожесточенно хлестал по крыше домика. А потоки воды стекали по земле, собираясь в огромные лужи, готовые вот‑вот стать новым морем. Даже растительность печально пригнула к земле поникшие листья.

Казалось, куда ни глянь – всюду была лишь грязь и слякоть.

Кигус медленно разлепил глаза. Вылезать из кровати ему совсем не хотелось. Было ощущение, что он вообще не спал. В доме было сыро и прохладно, словно началась осень. Собравшись с силами, герой поднялся с постели.

– Ну, здравствуй, утро, – пробурчал он. Но утро ему не ответило.

Фермер не спеша умылся холодной водой. Пробежался до туалета, перепрыгивая через лужи и прикрывая голову от дождя.

А затем обратно. Изрядно промокнув, он вернулся в дом и растопил печь, чтобы приготовить себе нехитрый завтрак.

Уже потом, лениво ковыряя вилкой яичницу, фермер принялся обдумывать планы на сегодняшний день. Он твердо решил завязать со всеми приключениями и вновь заняться своим прежним делом – трудами в огороде. Но словно назло ему на Горную равнину обрушился ливень. И продолжалось это уже четвертый день. Дождь хлестал будто бы заколдованный. Лишь иногда, будто бы устав, переходил на легкую морось.

А затем он вновь собирался с силами, чтобы вновь обрушить потоки воды на несчастную землю. Что уж говорить – при такой погоде на улице делать нечего.

Вдобавок, героя не покидало ощущение, что утро началось как‑то не так. Что‑то сильно изменилось. И он никак не мог понять что именно. Сначала ему показалось, что это всё проклятый дождь. Однако чувство и не думало проходить. Наоборот усилилось.

– Странное дело, – сам себе под нос пробурчал фермер, когда убирал грязную посуду со стола.

И тут его вдруг осенило. Дух приключений пропал.

За все утро не было ни одной его реплики, шуточки или еще чего. Даже тихого бормотания, свидетельствовавшего о том, что тот изобретает какую‑то новую балладу, не было слышно. Героя окружала жуткая навязчивая тишина.

Наконец обнаружив причину своей тревожности, Кигус на время успокоился. Конечно, такого чтоб невидимка совсем молчал не было с тех пор, как тот обиделся из‑за пьянки в городе.