Герой по имени Кигус

Кстати, пошли к таверне. Помнишь же зачем ты сюда приехал? Вдруг она действительно там? Твоя незнакомка!

– Я пойду в кабак, только затем, чтобы напиться до беспамятства. И очень надеюсь, что ты исчезнешь, когда я протрезвею, – бросил герой и потянул лошадь вперед.

В Городе на Горной равнине ничегошеньки не изменилось. Да и с чего бы ему меняться. Здесь все так же были корявые дома из почерневших и подгнивших досок, мрачные лица, грязь на улицах, кучи мусора и текущие по канавам нечистоты. А ливень все тщетно пытался смыть всю эту мерзость прочь.

Кабак тоже не изменился – дыра дырой. Кигус загнал кобылу в стойло и направился внутрь. Народу там было как селедок в бочке. Герой с трудом протиснулся к барной стойке.

– Эй, трактирщик, плесни мне крепленого вина! – заявил он, стукнув кулаком по дереву.

– Держи, друг, – толкнул ему глиняную кружку, сам хозяин кабака. Народу было столько, что на обслуживании трудились все, – что хочешь забыться от неприятностей? – усмехаясь в свои пышные седые усы, спросил он.

– Вроде того, – пробурчал Кигус, делая мощный глоток.

– Ты пришел туда куда надо! – отозвался старик и ловко нырнул под стойку.

– Угу, напьюсь до смерти, – отозвался герой.

– Да, алкоголем не поднимешь настроение. А вот этим, – тут трактирщик вытащил на свет кучу листовок, – готов поспорить на бесплатную выпивку, что ты сейчас будешь хохотать! Я еще не видел ни одного человека, который бы не развеселился от этого! Мне один знакомый рисовальщик копию сделал.

Герой опустил взгляд на листовки.

Самая верхняя, уже порядком засаленная и испачканная, гласила «Приключения великого героя Кегуса». Чуть ниже было коряво подписано «с картинками».

– Буквы‑то знаешь? – не переставал докучать старик, – если не знаешь, я тебе сам зачитаю. Это просто шедевр.

– Не интересно, – процедил в ответ Кигус. Его лицо вновь начало краснеть, а вены на шее вздулись. Даже руки затряслись. Но он попытался успокоиться и щедро отхлебнул крепленого вина.

– Да ладно?! Ты сам не знаешь, от чего отказываешься, – подкрутив ус, воскликнул трактирщик.

Видимо инстинкт самосохранения у него напрочь отсутствовал. Настолько хотелось поделиться своей радостью, – Гляди, я уже могу по памяти повторить, – он перевернул листок, – В глуши жил мужик по имени Кегус. И не было у него ничего кроме его огорода.

На коряво скопированной картинке, был нарисован небольшой дом, огород рядом и человек, сидящий посреди огорода с грустным лицом. Лицо его было карикатурно печальным.