Солнце цвета крови

Мысли взвихрились в голове Гавейна: кто это воин? Откуда он взялся? Как он осмелился поднять руку на дерево Черного Рыцаря?

Поколебавшись немного, паладин Круглого Стола спрыгнул на другую сторону ствола, и едва не упал от мощного запаха пивного перегара. Он был настолько густ, что им вполне можно было похмеляться.

Продышавшись, рыцарь спрятал меч в ножны - с кем сражаться? не с этим же пьяницей - и, подойдя к толстяку, толкнул того в бок носком сапога. Храп на мгновение стал тише, затем вновь возобновился.

Спящий не пошевелился.

Выругавшись, Гавейн нагнулся и сильно потряс толстяка за плечо. Тот не отреагировал никак.

- Эй! - рявкнул рыцарь в самое ухо продолжающему спать воину. Храп прервался. Медленно открылись мутные, в красных прожилках глаза, разума в которых были примерно столько же, сколько у нежащейся в луже матерой свиньи. Толстяк повернулся на бок, веки его опустились, и вновь захрапел, на этот раз - с тоненьким присвистом.

Гавейн выругался еще раз, размышляя, не воткнуть ли меч в оттопыренную задницу, сала на которой было больше, чем на добром окороке.

Подобный способ действий гарантировал, что спящий проснется, но по здравому размышлению, рыцарь решил к нему не прибегать. Вряд ли в этом случае получится доброжелательная беседа...

Обойдя пень, он оставил коня пастись на травке, а сам направился к замку. Вступив на прогнившие доски подъемного моста, обнаружил внизу, во рву второго гуляку.

Этот, судя по всему, упал с моста, и, будучи трезв, точно свернул бы себе шею. А так он удобно устроился на совершенно сухом дне, и сладко посапывал. Длинные волосы цвета ржавчины разметались по грязи, но это их хозяина ничуть не смущало...

Рыцарь покачал головой: банда пьяниц захватила замок Черного Рыцаря? Такой байке в Камелоте не поверит никто! Чем они одолели его? Забросали пивными кружками? А куда делась вода изо рва? Последний лазутчик, бывший здесь, доносил о том, что ров полон, и обитаем гнусными тварями.

И где они? Сбежали, завывая от страха? Или все дружно утопились?

Начавшийся так обыденно день сулил быть богатым на сюрпризы!

Ворота оказались распахнуты. Створки висели криво, судя по всему, проржавевшие петли недолго смогут удерживать их тяжесть. В темной арке противно пахло мочой, посредине прохода виднелось пятно полузасохшей блевотины.

- Гмм! - Гавейн судорожно сглотнул.