Похищение Зеленой Хризантемы

Анемон шёл абсолютно замученный догадками, зачем Тея залезла в пруд?

Он сбился с шага, ощущая похмельное недомогание, стучащее в виски настырным дятлом… Если у Теи в голове творится нечто подобное, а скорее всего это так, то ответ очевиден: от такой боли возникает желание не только сунуть голову в воду, но и в прямом смысле – залечь на дно!

К моменту прибытия Анемона к месту событий, Тея вылезла из пруда и на четвереньках ползла к беседке. В её волосах запуталась лилия, следом, зацепившись за ногу, тянулась лента водорослей.

Меховая оторочка платья намокла, утратив пышность, а стекающие с купальщицы струйки воды вызывали желание выжать её как мокрое полотенце. И всё равно выглядела девушка на удивление привлекательно.

Всё портили набежавшие в сад посторонние личности. Голос одного из нежелательных гостей Анемон услышал ещё на подходе. Он принадлежал старикашке, являющемуся по совместительству не самым замечательным соседом. Для лучшего обозрения тот не поленился взгромоздиться на забор и оттуда, махая клюкой, обещал наломать хребет Анемону за то, что тот ТАКОЕ сотворил с невинной девушкой!

Анемон так и не понял, при чём тут он и что здесь вообще творится.

Поблизости от деда, забравшись на дерево, из-за листвы выглядывал его внук сорванец, с любопытством рассматривая Тею.

Но хуже всего было то, что здесь присутствовала ОНА! Фанат своего дела, блюстительница нравов, охотница, уверенно загоняющая свою добычу в сети, непоколебимая, настойчивая, непреклонная, незабвенная и жутко надоедливая, ярая поклонница своего идола в лице Анемона Арахуэнте – Хамидорея Изящная! Аминь!

Анемон едва не застонал, заприметив эту хрупкую на вид девушку, отличающуюся жгучим нравом и мстительностью, но нужно было держать себя в руках.

 

Хамидорея сверлила убийственным взглядом соперницу, оказавшуюся на запретной территории, на которую без её ведома не ступала нога ни одной представительницы прекрасного пола. Ни одной, кроме Лайнерии. Ах! Какая жалость, что сейчас её тут нет. Лайн! Милая Лайн! Ее присутствие непроизвольно избавляло от присутствия всех остальных, исключая Торми, конечно.

На него даже она не производила никакого эффекта, как например на Хамидорею – та бы и не приблизилась к дому, если бы не строго отведенные часы на занятия. А про соседа и говорить нечего. Стоило тому заприметить пепельные волосы девочки, как старикан со всех своих кривых ножонок мчался запирать двери на все засовы. В остальное же время он, как мог, костерил Анемона на все лады.