Похищение Зеленой Хризантемы

Даже кот выглядел озадаченно, под конец фыркнув, словно тем самым сообщив, что он обо всём этом думает. Торми огляделся в поисках, чем бы утереться, ничего подходящего не нашёл, пожал плечами и остался на месте. Тея поняла, что допустила-таки ошибку, вовремя не осознав важность салфеток. Еле удержалась, чтобы не кинуться на их розыск, резонно полагая, что может ничего и не найти, зато её метания туда обратно изрядно повеселят находящихся за столом… и на столе. Она вытащила из кармана чистенький кружевной платок и протянула мальчику, который не замедлил его заляпать.

– Что ж, – поднялся Анемон, не обронивший за последние минуты ни слова, – Чайная комната подходящее место для продолжения беседы. Хамелеон?!

Белый шарик семейства кошачьих отрывисто мяукнул и опустил усы в остатки чая.

– Вот как, – немного расстроился Анемон, чуть склонив голову, и обратился к домоуправу: – Госпожа Мазахака, вынужден вас просить позаботиться о Хамелеоне. Поговорите с ним о чём-нибудь, чтобы он не скучал.

.. – Кот недовольно мяукнул, и юноша торопливо исправился: – Чтобы вам не было скучно.

Тея с сомнением покосилась на своенравную животинку, не понимая, о чём можно говорить с котом, будучи в своём уме, но оставила свои мысли при себе.

– Как пожелаете, – ограничилась нейтральным ответом и поспешила заняться приготовлением обещанного свежего чая.

Анемон наконец удалился. Хоть кого-то удалось выпроводить. Оставался ещё Торми, который, неторопливо обойдя дважды вокруг стола, поинтересовался, что умеет готовить госпожа Мазахака из сладкого.

– Ну… – Тея задумалась; легче сказать, чего она не умеет, о чём девушка и поведала притихшему мальчику. Притихшему, будто от её ответа зависело что-то важное, допустим, чья-то жизнь.

Голубое море в глазах ребёнка заискрилось, как вода под лучами солнца, и он принялся излагать, чего бы хотел поесть в ближайшее время... Список потянулся за пределы кухни, выкатился в холл, пролез под дверью и очутился на улице, прошелестел по разгорячённой зноем каменной дорожке, направляясь к воротам, протиснулся в щель под калиткой…

– Стоп! – Мысленно остановила его триумфальное шествие Тея, у которой от обилия всевозможных названий стряпни чуть не случилось помутнение рассудка.

– Позволь мне самой… – начала сердито, но ясная лазурь распахнутых глаз, обрамлённых длинными ресницами, пробудила в её сердце умиление, и она мягко докончила: – Позволь самой выбрать, чем тебя порадовать.