Ганс Фриц Михельманс: Искатели Счастья

Ганса повели вперед по невысокому каменному тоннелю, пока на их пути не выросла крутая лестница. Поднявшись по ней, небольшой отряд оказался под крышей круглой каменной башни. Видать, под ней и находилось то небольшое подземелье, куда решили спрятать ненаглядного крестьянина, пока решался вопрос о методе его наказания.

Когда же четверка вышла из башни, то оказалась во внутреннем дворике гигантского старого замка, чьи высокие башни пропадали где0то в ночном небе. Высокая оборонительная стена по левую руку говорила о том, что раньше это место служило ничем иным, как прибрежной оборонительной крепостью, однако сейчас, судя по всему, выполняло немного другую функцию.

Обилие солдат, сторожившие все видимые кусты и проходы, не понравились Гансу от слова совсем.

Сбежать просто так не получиться.

Вот дорога привела их к большим двойным воротам, что вели внутрь центральной постройки. Такое же архитектурное решение, если вспомнить, было применено и в Ирихоле. Что говорило о об одном и тому же архитекторе, возводившего их.

Впрочем, когда Ганс оказался по ту сторону ворот, сразу понял, что с точки зрения убранства – Ирихоль больше напоминал свинарник, а не королевские покои. Крестьянина встретили белый мрамор, колонны, пышные красные занавески и широкая бальная лестница, поднимающаяся на второй этаж. Все светилось светом и красками, золотом и алмазами, шелком и драгоценными металлами. Все, кроме, каких-то подозрительных грязных личностей, которые словно грязь, портили всеобщую картину своими тупыми и злобными рожами, снующие то тут, то там.

«М-да уж, Шкульц действительно не соврал о том, что я попал в руки мафиози, - подумал крестьянин, стараясь улыбаться в ответ на все злобные оскалы, брошенные в его сторону. – Местечко еще то…».

И правда. Здесь были собраны все сливки насущного общества. В смысле, протухшие сливки: головорезы, пираты, наркодилеры, убийцы, насильники, олигархи, каннибалы, расисты, - вот все. Такого обилия всевозможных «авторитетов» Ганс не видел уже очень давно.

И с каждой новой секундой прибывания в их компании понимал, что, если он и выберется отсюда - то разве что в собственном гробу.

Их отряд поднялся по бальной лестнице и пошел по длинному светлому коридору куда-то на запад. Здесь же крестьянину впервые попались на глаза красно-черные балахоны свидетелей Джонни. Монахи смеялись и пили вино, сторожа дверь, за которой были слышны плач, стоны и еще какие-то мерзопакостные звуки.