Ганс Фриц Михельманс: Искатели Счастья

Это был город, притаившийся у густых хвойных лесов и скалистого нагорного плато, с массивными стенами и паутиной мелких проулков, пронизывающих все видимое и невидимое пространство. Красота и зрелищность Мармосса с точки зрения птичьего полета были абсолютно также превосходны, как если бы на него смотрел и самый обыкновенный человек. Повсюду видны ухоженные кирпичные дома, ровные улицы, лужайки, фонари и бурлящий, как в котелке, народ, который, кажется, никогда не спал. Повсюду слышались визги, ржание лощадей и вопли - возмущенная ругань торгашей, да злой лай бездомных собак.

Через некоторое время, парочка начала углубляться в северную часть города, свернув ближе высоким гранитным стенам. Вдруг к ним донеслись панические крики, Айка тотчас развернула коня, и совсем скоро оказалась среди улицы, дома которой уходили вверх на добрые этажа три. У одной из таких «высоток», а точнее - у здания с пестрой вывеской: «Наслаждение? Нет! Межвидовое наслаждение!» - виднелся скопившийся народ, улюлюкающий как стая воронья.

Толпа эта была самой разношерстной: здесь тебе и гномы, и эльфы, и прочее им гоблины, лохматые оборотни, а также существа, коих Айка к счастью, или же к горю, но никогда не видела. Судя по их необычной одежде, большая часть собравшихся была перепуганным персоналом борделя. Что же происходило внутри оного – и подумать было страшно.

Лязг разбивающейся посуды, трехслойный мат, церковные богохульства – все это умноженное на два и так далее.

Завидев приближающихся всадников, одним из которых была сама дочь Эриха Четырнадцатого, неподвижная прежде толпа поспешила разбежаться по своим неотложным делам. Айка даже рот открыть не успела, как улица опустела, а ее конь – тупо уставился в пустоту. О принцессе королевства Сагарики ходили разные слухи, какие-то правдивые, а какие-то нет. Однако, в отличии от своего младшего братца – слабохарактерного интригана и проходимца, - девушка славилась гордым нравом и весьма тяжелой рукой.

Айка быстро соскочила с лошади, но не успела сделать и пары шагов, как из окна, что выходило на опустевшую улицу, резко и кубарем вывалился какой-то серый шерстяной комок, похожий на пушистое перекати-поле. Как выяснилось через мгновение, это был мистер Карто, а шерстяное нечто на нем – его любимая чародейская мантия. Маг выглядел весьма потрепанным.