Адепты меча и условностей

Знамя защиты болталось на его боку, зацепленное за ременную перевязь крупа. Торн снял знамя, удобней перехватил двумя руками, словно ополченец вилы. Лиминдель покачал головой. Он знал, что флагшток нужно воткнуть в землю, прочитать нанесённые на него руны, и, если ткань замерцает слабым светом — запечатанная магия начнёт действовать. Тогда воздух сгустится у тел воинов, образуя магическую скорлупу, защищающую от ударов. Но нет, конечно, кто в этом отряде стал бы слушать архонта? Торну лучше знать…

Не сводя глаз с имперского стрелка, уже натягивавшего тетеву, кентавр взвесил знамя в руках, примеряясь.

Взвизгнула стрела, рассекая воздух. Нужно признать, Торн действовал очень споро. Он почти отбил летящий снаряд. Сухо стукнуло дерево о дерево и остриё, нацеленное точно в лицо теургу, отклонившись, вошло Иснилю в плечо.

— Ой, — сказал маг. И снова полез за этой своей книжицей. Да что у него там такое?

— Извини, — сказал Торн. — Лавочник обещал, что будет на десятину не так больно, как раньше.

— Ну… типа того. — Сделав новую пометку, теург убрал тетрадь. Шипя, он вырвал стрелу. Бросил под ноги, окропив имперскую траву красным.

— Сейчас я его… — пообещал страж, снимая с плеча длинный лук. — У них-то, вон, никаких знамён нету.

Когда Галлеан вновь призвал своих детей, регулярную армию собирали из того, что было. Свободолюбивые кентавры не рвались делать карьеру по воинской линии. В который раз Лиминдель подумал о том, что не доверил бы стражу управление отрядом. Да и магический лук не доверил бы тоже — слишком уж искусной была вещица для его рук.

Торн так сильно натянул тетиву, что что заключённая в оружии магия рассыпалась искрами. Сверкнув длинной кометой, стрела прошила вражеского лучника.

— Ну вот! Одним ударом! — Торн ухнул что-то ещё, совсем уж неразборчивое. Передними копытами с силой ударил оземь. — Так, кто там у нас дальше по списку? А, ну да. Не соблаговолит ли благородный эльф продемонстрировать…

Лиминдель уже не слушал. Закрыв глаза, архонт впустил в себя звуки родного леса.

Владения вечной осени была далеко, но расстояния не важны для магии. Одно долгое мгновение эльф был дома. А затем он призвал таившуюся в творении Галлеана и Солониэль ярость сюда, на поле боя. Он обрушил на полянку вихрь сотканных из солнечного света листьев. Словно крохотные кинжалы, они метались от врага к врагу, кромсали снова и снова.

— Я опять не разглядел, в чём фокус, — пожаловался Торн. — Вот у Исниля всё просто.