Адепты меча и условностей

Возможно, часы пути и схватка с восьмилапым монстром привиделись Кагерику. Но рисковать было нельзя. Если ему и правда выпал второй шанс, нельзя было пренебрегать таким ценным даром Вотана. Он что-нибудь придумает. Если придётся — проложит себе путь прямо через скалы.

***

— Кагерик, — прочитал Гилберт. — Нарушение договора найма.

Агент профсоюза гильдий закрыл глаза, выждал секунду и снова открыл. Странное чувство — словно совсем недавно он уже видел этот свиток. Кажется, с Невендааром что-то происходило.

Он ещё не знал, что именно, но был уверен, что докопается до сути. Сразу после того, как устранит нарушителя.

Глава 7. Драгог

— Ты идёшь? — спросила Интхадар. Тагот с Загамоном уже были на тропе, покачивались там, ожидая рыцаря. — Только зря крюк сделали… — добавила она себе под нос. Оттолкнулась от земли и поплыла к отряду, мерно зачерпывая воздух крыльями.

— Ага, — пробормотал Драгог.

Отклониться от маршрута пришлось ради боя с двумя орками. А в итоге — ни сундука, ни полезных вещей из карманов зеленокожих.

Вообще ничего.

Стоя у самого края обрыва, он смотрел вниз. Хотелось шагнуть туда. Набрать скорость в падении и, расправив крылья, бросить себя вперёд. Хотелось лететь без устали, глядя, как сменяются внизу земли. Эльфийские — гномьими, снега — летней зеленью Империи. Хотелось домой. Сами собой в голове встали родные образы — реки огня, горячая, жгущая пятки земля. Адская гончая, свернувшаяся клубком у порога… Вроде бы — там ему и должно было быть уютно.

Демон же. Но, почему-то, в адском пекле Драгог не чувствовал себя своим. Словно было что-то ещё, какое-то другое место. И какое-то так и не случившееся возвращение.

Чиркнув когтями по земле, рыцарь ада отправил в полёт несколько осенних листьев. Чего же ему так не хватало? Вот же — сражения, крики убитых, кровь. Он был теперь сильным. Добился столького. Чего ещё желать? Что-то радостное жгло в груди, уверяло, что вот в этом-то и был смысл жизни. Но, почему-то, до конца убедить себя не получалось.

Драгог никому не говорил о своих терзаниях. Он думал, что, возможно, все дети Бетрезена унаследовали немного этой неуёмной грусти — по небесам, на которые точно уже не вернуться. Но стоило помнить — слабые не выживали в рядах Легиона. А значит, слабости стоило держать при себе. Экрезем, местный лорд, любил повторять, что у демона должно быть холодное сердце, горячая голова и крепкие рога.

Драгог опустился на одно колено и наклонился ближе к земле.