Адепты меча и условностей

Что-то многовато новостей в последние дни. Но затем — всё-таки прочитал.

— Интхадор. Суккуб. Тот же отряд, но ушли не вместе. — Гилберт пожал плечами. Демоном больше, демоном меньше.

***

Песчинки говорили с ней. Сила, столь же древняя, как сам Невендаар. Столь же могущественная, как Бетрезен. Они жаждали служения. Они знали правду. Теперь Интхадор видела это. Мир был сломан, испорчен чем-то неведомым. Крохотные трещинки разъедали реальность. И её уже не починить.

Это деревенский дурак, Ренар… он вёл себя так, словно вдруг вспомнил своё прошлое.

Хотя — и в этом суккуб была уверена — безумие берсерков выжигало память полностью. А ещё — он вёл себя так, словно будущее тоже перестало быть для рыцаря загадкой. Два раза отбить удар, а потом — демонстративно открыться для нового. Словно знал, что меч врага пройдёт мимо. Как опытный воин вообще мог промахнуться по противнику, не пытавшемуся защититься? Немыслимо.

Вспыхивая в лучах заходящего солнца, песчинка парила над подставленной ладонью. Интхадор наклонилась ближе, чтобы рассмотреть.

Она не была ещё сильна в своей вере. Ей придётся оставить служение Бетрезену. Падший бог был теперь частью проблемы — непоправимо был испорчен уже Невендаар. А значит — мир надлежало уничтожить. Оставалось надеяться, что его последние дни будут хотя бы весёлыми.

Глава 8. Отан

— Вот ведь! Новая вещь, почти, — Вольфгар рассматривал плечо, морщась от боли. Зелёная ткань плаща была вспорота вместе с рукавом и медленно пропитывалась кровью. Стрела валялась где-то за спиной мага.

Вроде бы еле задела, вскользь чиркнула кожу зазубренным наконечником, а как раскровавила.

В форте с названием Аллантир отряд Империи поджидала засада — лишенная как хитрости, так и смысла. Пятёрка гоблинов — трое с копьями, двое с луками — выскочили из своих укрытий сразу, как только Отан, шедший замыкающим, оказался в просторном каменном зале. Странно было наткнуться на столь слабый отряд под конец миссии, под самым носом у синего дракона. Вооруженный зачарованным клинком, имперский ассасин справился бы с болотной мелочью и в одиночку — за время странствий Отан привык к новому оружию, успел получить ещё две записи о повышении ранга в свой боевой дневник.

Архимаг поднёс ладонь к ране — сложил пальцы в колдовском жесте и на кожу с них брызнуло пламя молний, запекло кровь. Блики рассыпались по каменному полу. Гоблины — те двое, что остались в живых — смотрели за творящейся магией с интересом, как блестящую игрушку увидели.