Призрачный

сейчас! – справа и слева на нас понеслись огненные шары.

Адонис сгреб меня и Германа в охапку и образовал вокруг нерушимый барьер. Огонь – его второе я. Сквозь завесу я видел, как большинство кинулось на пол, но пятеро рванули вперед, туда, где не было огня. Как только они пересекли какую-то линию, вместо огня полетели стрелы. Поскольку мы все так же находились в зоне поражения, Герман стал “сдувать” стрелы от нас. После этого испытания к тронам бежало трое. Неожиданно земля стала уходить из-под ног.

Рискнув, я воззвал к природе и представил куб, в котором стояли мы, и недоступный для землетрясения. Он тут же материализовался, сплетенный из веток деревьев. Когда все закончилось, подле старца стояло двое. Наши братья поднимались, отряхиваясь.

- Вот мои помощники и ваши учителя. Жан Марьен иАльфред Родон. Я награжу их частью своих знаний, и они больше никогда не будут равны вам, - Медиум возложил руки на головы вампиров, их окутало яркое свечение. Когда оно закончилось, пред нами уже стояли не двое молодых людей, а старцы, но, разумеется, моложе Владыки.

– А вы трое - самые необыкновенные вампиры, которые были, есть и будут, - обратился последний к нам...

Здесь воспоминания обрывались, следующее, что я вспомнил...

... была моя комната. Небольшая по сравнению с комнатами других вампиров, она как раз выходила окнами в парк. Под ними росли ивы, закрывая окна от солнечного света, поэтому в комнате царил полумрак и прохлада в любое время дня. Привычка прятаться в тени деревьев была родом от туда, теперь я вспомнил и это.

Справа от двери были шифоньер и книжный шкаф. На той же стене висели лук и колчан стрел. Слева от двери вдоль стены стояла невысокая кровать с пологом. Подле окна стоял маленький письменный стол, но он стоял так, чтобы было возможно выпрыгнуть на улицу без любых препятствий. Ковер на полу заглушал звук моих шагов, ибо я ходил из угла в угол. Но мучаться мне пришлось недолго, прервав мои переживания, через окно ко мне запрыгнул Адонис.

- Все нормально, пошли, - обратился он ко мне в полголоса вместо приветствия.

Кивнув, я проверил еще раз, заперта ли дверь, и, спрыгнув с окна на ближайшее дерево, по ветвям побежал за другом. В самой чаще леса, окаймляющего парк, нас ждал Герман.

- Приветствую, - мы пожали друг другу руки.

Здесь говорить в полный голос мы не опасались – так далеко никто кроме нас заходить не решался.

- Готов?

- Конечно, - улыбнулся я.