На ступнях и копытах

Нападение для него превратилось в защиту. Джаст, сам того не осознавая, пытается задеть всех первым, опасаясь, что ему причинят боль. На самом деле он лает, но кусается в крайних случаях, — пошутил Прум. — Он хороший друг.

Виви задумчиво убрала выбившуюся прядь волос за ухо. Внутри неприятно заскребло. Её детство решительно отличалось от детства Прума и Джаста. Девушку никто никогда не дразнил. Не посмел бы. Она сама пребывала в числе тех, кто превращал чужую жизнь в ад. Просто так, от скуки. От жестокой детской натуры.

Забавно довести кого-то до слёз. Смотреть на чужую боль, отчаяние. Безумно легко. И казалось, ничего не стоит. И сейчас, смотря на Прума, чьё детство по вине её подобных вряд ли повернётся язык назвать светлым, Виви было стыдно.

— Прости, — тихо вымолвила она.

— За что? — изумился парень.

— За то, что не успела пока натворить!

— А у тебя большие планы? — посмеялся кентавр.

— Сейчас мой самый большой план добраться до дома живой, — предельно честно призналась аспирантка, усаживаясь за руль.

— Ты со мной? Я поеду медленно.

Прум неожиданно хитро прищурился.

— А давай быстро и наперегонки? Скажем, до Башни Бога?

— Ты серьёзно? — не веря своим ушам, опасливо спросила врач. Пусть грузовик и разваливался прямо на ходу, но под его капотом покоилась точно не одна лошадиная сила. И как Прум собирается с ней соревноваться?

— Вполне, — решительно кивнул парень, — согласна?

— Ну-у-у, — замялась Виви, — а что будет победителю?

— Что-нибудь хорошее, — пожал плечами кентавр.

— Ясен пень, что неплохое! — пошутила девушка, но на ум ей, тоже, ничего не приходило. — Ладно, определимся на финише, — наконец решила она.

Ветеринар захлопнула дверцу и повернула ключ. Мотор запыхтел. «Что же, не подведи, отечественный автопром», — пристегиваясь, подумала аспирантка, и покрепче сжала руль.

«Безумие!», — точно камень, выскочивший из-под колес и угодивший прямо в лобовое стекло, ударила мысль в голову Виви. Машина в очередной раз подлетела и с жутким грохотом приземлилась обратно на дорогу.

Будь сейчас рядом с девушкой Имир, ту бы хватил удар. Аспирантка не переносила быстрой езды. Она ничего не говорила, но каждый раз, когда Виви жала на газ, та судорожно впивалась пальцами в сиденье. После нескольких совместных поездок на высоких скоростях пассажирское кресло получило боевые борозды, выцарапанные ногтями. Когда гнала Леоля, наступала очередь Виви рвать обивку салона.