На ступнях и копытах

Да ну их, этих ветеринаров! Потом натурой заставят отрабатывать в качестве подопытных зверюшек. Одна последнюю кровь высосет, вторая, того и гляди какого-нибудь гада к тебе подсадит и будет следить за его развитием, а третья опробует новое моющее средство, после которого ни одного микроба не останется, ровным счётом как и шерсти!

— Ты преувеличиваешь, — мягко упрекнул парня Прум, — девушки вполне адекватные люди и врачи.

— Как же! Может твоя ветеринар и адекватная, но моя…, — Джаст запоздало опомнился и прикусил язык.

Но было поздно.

— Ой, а я и не знал, что мы их поделили! — «удивился» кентавр, лукаво улыбаясь. — Так что, говоришь, с твоей ветеринаром?

Добрый к окружающим, а от того чрезмерно внимательный Прум давно заметил в друге то, что сам Джаст пока не до конца осознал. Кентавр не любил, когда к нему лезли в душу, копались и пытались внести неоценимый вклад. В своем бардаке Джаст предпочитал разбираться сам, будь ли то бардак в комнате, голове или чувствах.

В помощники он не принимал даже Прума — единственного лучшего друга.

Парень хмуро глянул из-под полей шляпы и стукнул того кулаком по предплечью. Не сильно, но Прум ойкнул и принялся потирать ушибленное место. Джаст был поуже в плечах, но в отличие от друга драться умел и не стеснялся применять силу. В разумных пределах. Он не любил ни боли, ни крови, что совершенно не мешало следовать девизу: «если на меня напали — я утрою».

— Не зарывайся. Догадливый больно.

— Прости, — сказал Прум виновато, — я просто за тебя волнуюсь.

— Делать больше нечего? — беззлобно проворчал Джаст, махнув хвостом.

Он сам волновался. Осень подходила к концу, а вместе с ней командировка девушек. Оставались считанные дни до того момента, когда ветеринары вернутся обратно в свой город, свой мир. Он спешил. Он боялся опоздать. Боялся не догнать её. Девчонка, которая едва доходила ему до груди, была не в пример высока. Джаст едва поступил в институт, а Имир успела его закончить и перейти в аспирантуру.

Не успеет кентавр и оглянуться, как она станет доктором ветеринарных наук. И это будет недостижимой высотой для того, кто только-только начал разгоняться. Парень понимал, что после отъезда их жизни вряд ли когда-нибудь пересекутся. Они безумно разные. Абсолютно во всём. Имир родилась и жила в сердце каменного зверя, изрыгающего горячий пар. Джаст всю жизнь провёл в бескрайних прериях, в которых задыхался. Чудно́.