На ступнях и копытах

Медикаменты списка А обязаны храниться в аптеках и лечебно-профилактических учреждениях под замком в отдельных шкафах с надписью: «А – venena» (ядовитые).

Глава 23

Банка с маринованными помидорами долго ждала своего звездного часа. Ждала, ждала и дождалась… Леолиного утреннего похмелья.

Девушка сидела за обеденным столом, уткнувшись лбом в столешницу. Голова раскалывалась на части, казалось, стоило шевельнуться – и куски черепной коробки разлетятся в разные стороны. Поди их потом собери. Врача нещадно мутило и вообще она думала, что вот-вот умрёт бесславной смертью.

На кухне тем временем, не обращая внимания на страдания ближнего своего, громыхала чашками Виви, бодро напевая себя под нос.

— Кофе? — предложила она подруге. Аспирантка издала предсмертный стон. — Ну, как хочешь. Думала взбодришься.

— Ты что, душу дьяволу продала?

— То есть?

— Почему у меня есть похмелье, а у тебя нет?!

— А! Ну с утра пораньше мне тоже было не очень, — призналась совершенно свежая на вид санитар, отпивая из чашки.

Чтобы Леоле сейчас было не очень, как Виви с утра пораньше! Девушка старалась не вдыхать навязчивый аромат кофе. Сейчас он бодрил исключительно её измученный желудок, — но я прогулялась с Марти и, вроде, очухалась. О, у нас же завалялось то несчастное помидоровое варенье! Тьфу ты! Я имею в виду маринованные помидоры вместо варенья! Говорят, рассол помогает при похмелье. Можем тебя и к капельнице подключить, но придётся сперва доползти до клиники. Поэтому советую для начала опохмелиться помидорами. Согласна?

— Ау-у-у, эх, бе-е-е, ё-ё-ё…

Виви расценила нечленораздельный набор звуков за согласие. Банка мигом перекочевала на стол перед великомученицей.

— Ты ведьма, — с чёрной завистью простонала Леоля, еле подняв голову. — Ты перепила кентавров! Кентавров!

— Слабаки! — со смесью презрения и самодовольства хмыкнул врач. — И мы перепили их с тобой вместе!

— Не напоминай…

— Доброе утро, коллеги!

Госпожа Сытклю, по обыкновению аккуратно уложенная, по-деловому накрашенная и привычно несущая за собой запах дезраствора, формалина и сиреневых духов присоединилась к подопечным на кухне, разбавив кофейные ароматы.

— Госпожа Сытклю, умоляю, потише, — взмолилась Леоля, прижимая холодную банку с пульсирующему лбу.

— О, прошу прощения, — послушно понизила голос женщина, — Ктезия, будьте добры, налейте и мне. Свежесваренный?

— А то!

— Превосходно. — Руководитель забрала у Виви кружку и присела напротив девушки.