На ступнях и копытах

— Но тебя ночевать рядом со мной! Уехать же ты не сможешь!

— Резонно. Ой, по-моему, у меня что-то хрустнуло в спине. Ты не могла бы ногами от дна отталкиваться, что ли?

— Было бы дно! Я стою на какой-то склизкой, неровной хрени! Мне кажется, сделай я шаг в сторону, нырну с головой!

— Час от часу не легче, — пропыхтела Имир, поудобней перехватывая руки Виви, — ну давай, ещё немного…

Пыхтение, сопение, натуги и крики смогли принести свои плоды. Когда Имир начала думать, что она скорее оторвёт Виви руки, а та всё равно останется квакать в луже, невидимые тиски ослабили хватку, и девушка выскочила на поверхность в объятья подруги.

Воссоединение было душевным.

— Виви, ты мокрая и воняешь. А теперь и я воняю, фу.

— Сама ты «фу», — устало огрызнулась Виви, поспешно сползая с Имир. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста. Не мешает тебя как-то отмыть. В машину я тебя в таком виде не пущу.

Аспиранткам повезло отыскать водокачку и даже в рабочем в состоянии. Чтобы отмыть Виви, понадобилось ведер двадцать.

Девушка умирала от холода, но терпела. Видимая грязь более-менее смылась, но избавиться от запаха одной водой было нереально. Домой, несмотря на холод, придётся ехать с открытыми окнами. Комбинезоны, не выжимая, кинули в кузов грузовика. Невзирая на возражения, Имир заставила Виви переодеться в её носки. Свои девушка, разумеется, промочила и к тому же оставила правый сапог в глубинах лужи. Хорошо, имелась сменная обувь.

Стоя у края злополучной лужи Имир с насмешкой поинтересовалась:

— Сапог доставать не будешь?

— Фиг с ним, — угрюмо бросила санитар, зашнуровывая ботинки.

Выходило медленно. Пальцы у нее замерзли и плохо гнулись. — Как-нибудь переживу потерю.

— Дело твоё.

Аспирантка, присела на корточки и быстро помогла подруге зашнуроваться.

— Спасибо, — смущенно поблагодарила та и внезапно привстала, — смотри, там что-то всплыло.

— Сапог?

— Не, мелкое.

— Гадость какая-то, — равнодушно пожала плечами паразитолог, — ничего приличного из навозной жижи всплыть не может.

— Да…О-о-о, — Виви побледнела и слегка шатаясь присела обратно, — ты права. Точно гадость.

Имир недоуменно обернулась. Легче ей не стало. Пусть и в очках, но она уступала отличному зрению Виви. Пришлось подойти вплотную и наклониться. На поверхности коричневой жижи, мирно качаясь среди крошек грязного льда, на ветеринара не моргая смотрел голубой глаз.