На ступнях и копытах

Затем появилась Виви и забрала эстафетную палочку в лице Имир у Джаста, и потащила отмывать. К приезду подруги девушка затопила дровяную ванну, и аспирантка с блаженством окунулась в горячую ароматную воду. Самой Виви наверняка пришлось довольствоваться вёдрами горячей воды, за которыми она бегала туда-сюда, переставляя кипятильник. Пока Имир отмокала, подруга, успевшая в какой-то степени прийти в чувство, старательно пыхтя, пыталась отмыть той дредлоки. Избавить от запаха свои шёлковые волосы стало для девушки задачей не из лёгких, а с дредами Имир она промаялась почти час, безостановочно втирая шампунь и промывая водой.

В половине четвертого утра совершенно убитые ветеринары в полном молчании сидели за обеденным столом. Виви бездумно размешивала ложкой не положенный в чашку с чаем сахар. Имир по очереди водила свои патлы над настольной лампой в безуспешных попытках их просушить. Голова напоминала невыжатую губку. Паразитолог опасалась, что стоит прилечь на подушку – и её незамедлительно накроет волной.

Спать никто не ложился. Усталость дошла до той стадии, когда ты просто не можешь уснуть. Девушкам оставалось только сидеть и терпеливо ждать пока физиология не возьмёт своё и их, наконец, вырубит.

— Ну и ночка! Это капец какой-то! — Точно ураган в комнату влетела Леоля. — Представляете, я роды принимала! У кентавра! Роды с осложнением — неправильное расположение плода. Он там словно морским узлом скрутился, зараза! И я несколько часов торчала в этой самой по ту самую, пытаясь его распутать и перевернуть! И роженица, зараза такая, только на нервы действует, орёт: «Делайте, что хотите, хоть с головой туда лезьте, а, чтобы поняшка родилась!».

О да, прикиньте, кентавры своих детей не зовут «дети» или там «ребёнок», а знаете, как? Пони! Я в шоке! А сами-то не любят, когда их сравнивают с лошадьми. Короче, жесть! Но это не всё. Дальше было ещё круче! Отмучались (кто больше – я или роженица, не знаю), родили. А он не дышит. Удивительно, да? Столько времени там проторчать! А я говорила, раньше меня надо было звать! Эта кобыла опять в слёзы, оры, сопли. Я не выдержала, психанула и сказала, что если она сейчас не перестанет голосить, я ей его обратно затолкаю! Согласна. Перебор. Но я была на грани. Зато сразу тишина. Я, тьфу, наглоталась всем, чем можно, пока его продувала. Но откачала. Думала, меня там убьют за столь корректное врачебное поведение, а они вот что дали, глядите! — Ветеринар гордо водрузила на стол корзину полную яств.