Быть Бакланом Часть I. Маша и медведи

- С людьми?

- С многоэтажками! Сейчас, - существо будто порылось в закромах памяти. – Китайцы! Они, как китайцы! Шумные, многочисленные, по достопримечательностям носятся, на своем талдычат, ничего не понять, же-е-есть! – существо засмеялось, довольное тем, с какой точностью воспроизвело чью-то фразу, которая так ему понравилась.

- А еще расскажи что-нибудь про себя? – Пьер удобнее устроился, готовый слушать хоть всю ночь.

…

- Петруша? – Аглая заглянула в спаленку, и решила, что ей мерещится. – Морок, - она перекрестила застывшую фигуру в черном.

- Вечером был в такой же позе, и сейчас. - Она снова перекрестила. – Старая стала. Мерещится всякое…

Пьер повернул к ней голову с громадными черными глазами, и с трудом осознал реальность.

Размял шею, повел плечами, становясь вполне живым и настоящим. Аглая все равно перекрестила себя и его, на всякий случай.

- А который сейчас час? – он потянулся, раскидав руки в разные стороны.

- Так завтракать пора. Я и пирожков принесла.

И чайник сейчас поставлю.

- Спасибо, - сказал Петр и снова застыл изваянием, забыв про старушку. – Так говоришь, где у тебя болит? – невнятно спросил он у стены.

- Ой, старая стала, болит все, - Аглая принялась рассказывать вечную песенку про погоду и про сырость, но при этом утопала в направлении кухни, откуда стали доноситься привычные каждому уху звуки: открыть газ, зажечь огонь, набрать воды из-под крана, поставить на плиту – и все это не прерывая монолога.

- …А еще кость сломана, - продолжало жаловаться существо.

– Вот тут, плечо, и вот здесь, пониже спины… И ноги от сырости ломит. Особенно левую.

- Покажи схему, - попросил Пьер, сканируя пространство. – А голова не кружится?

- Еще как! – всполошилось существо, но тут же успокоилось. – Но это еще ничего. Ты, главное, кости почини. Держусь ведь из последних сил.

Пьер поднялся на ноги, с трудом на них устояв. Помассировал затекшие мышцы и похромал в сторону кухни, где владычествовала соседка.

Втянул запах яблочных пирожков и зажмурился от предвкушения. Жрать охота, будто неделю не ел.

- Ой, пицца ведь! – Пьер вспомнил, как бросил пакет вчера на стол и забыл про нее.

- Так ведь протухла, - Аглая с укоризной посмотрела на несмышленого в хозяйстве юношу. – Я еще вчера выкинула, такая вонь с этой рыбы… Ты куда? А завтракать?

- Я сейчас, дело одно, - Пьер выскользнул за дверь.

Вернулся спустя полчаса, весь в паутине, испачканный и злой.