Магистры пятого знака

Вот соберу всех пятерых, тогда видно будет.

- Ты кому пытаешься вешать лапшу на уши?!

- Я ее не вешаю, а возвращаю обратно. Что ж ты думаешь: я слепой или с головой не дружу? Кто подстроил поражение именно того магистра, который в случае победы обретал свободу? А ведь исход поединка был ясен даже ребенку.

Вранк задумался, но не сумел найти достаточно правдоподобного ответа. Решив, что лучшая защита – нападение, он пошел в наступление:

- С каких это пор фигуры стали делать замечания тому, кто их двигает? Запомни: пока у тебя хорошие возможности для того, чтобы выжить.

Но учти, их несложно урезать! Молнии иногда и в людей попадают, - владелец капюшона не смог удержаться, чтобы не обозначить своего участия в утреннем происшествии. Вдруг мы решим, что это была случайность.

- Кому суждено быть повешенным, тот не утонет, - он вздумал меня запугивать! – Ты тоже учти: электричество опасно лишь тому, кто с ним балуется. В следующий раз поосторожней, не ровен час – током ударит, прическу себе испортишь.

Интересно, а вдруг он лысый, и портить там уже нечего.

- Это было последнее предупреждение, - мрачно сказал Вранк. - В моей игре все абсолютно просто: не убиваешь ты – убивают тебя. Третьего не дано.

Образ злодея растворился над речкой.

"У него, наверное, жесткий график, а мы срываем все сроки. Иначе с чего он такой "добрый"? Готов испепелить взглядом. Прямо через капюшон. Нет, здесь явно какая-то загадка. Колдун скрывает не только собственное лицо. Узнать бы - что еще? И желательно поскорее".

Берег казался безжизненным. Ничто не отвлекало от невеселых мыслей, пока правый ботинок не наступил на развязавшийся шнурок левого. "Вот интересно: обувь – одинаковая, шнурки вообще один от другого не отличишь, но развязывается всегда только левый. Почему?". Я присел на большой камень разобраться с нарушителем и почувствовал, что содержимое заднего кармана джинсов давит на мягкое место. Невидимая книжка? Рука полезла в карман. Странно, а здесь ее прекрасно видно.

Обложку книги украшало изображение чувственных губ, на которые почему-то был навешен большой амбарный замок.

Занятный пирсинг.

После неудавшейся попытки раскрыть карманный томик по обложке пробежало сообщение бегущей строкой: «Губы к губам примкни, чтобы уста освободить».

Я огляделся по сторонам, поскольку не хотелось иметь свидетелей моего лобзания с книжкой, и выполнил письменное пожелание. Замок исчез и губы зашевелились. Зазвучал женский голос:

- Спасибо тебе, храбрый витязь.