Магистры пятого знака

- Какие таки будут ваши дальнейшие приказания, командир? - вытянувшись в струнку, обратился магистр весеннего луга. – Сержант Яков Загоруйко готов сполнить их, как подобает кадровому военному.

У меня в голове не укладывалось, что он мог иметь хоть какое-то отношение к воинской службе.

- Снимите по комнате в этой гостинице и пока не высовывайтесь. Ухтырь, расходы будешь оплачивать из нашей казны. А чтобы тебя не обсчитали, возьми с собой Алекса.

Крогул скорчил рожу человека, страдающего от нестерпимой зубной боли, но ничего не возразил.

- Мне нужно сходить к храму Великого пути.

- А туда со вчерашнего дня никого не пускают, - сообщил врач.

- Почему?

- Какой-то сумасшедший в черных доспехах накануне разбил одну из статуй. Теперь вход в храм лишь избранным.

- В черных доспехах? Про его шлем ничего не слышал?

- Говорили, шлем похож на звериную морду. Вся городская стража только этого звероголового и ищет.

- Интересно, чья статуя ему помешала?

- Сказывали, он сокрушил изваяние сигама «Скрывающего глаза».

Сигам в здешних краях - то ли божество, то ли величайший из потусторонних магов. Я так до сих пор и не понял. Вырезал тут на прошлой неделе одному аппендицит, он мне такого понарассказал - впору самому идти лечиться. Одна беда: психов тут не лечат, им отрезают языки, чтобы не болтали лишнего, – объяснил Слав.

- Ухтырь, как у нас дела с финансами? – спросил я, полагая, что процедуру зачисления в избранные можно значительно сократить путем некоторых денежных вливаний.

- Денег нет, и в ближайшее время не будет.

Казна должна пополняться, а не наоборот. Кроме Слава, в нее еще никто ни монетки не положил. Только и норовите, что взять. Транжиры!

- Значит, денег не дашь? Хорошо, тогда где хочешь и как хочешь достань мне пропуск в храм. Займись этим сразу после размещения наших друзей по комнатам. Я же пока прогуляюсь.

Городские улицы были гораздо шире ограниченных заборами проходов деревни Тинкара. Здесь имелось разделение на проезжую и пешеходную части. По первой время от времени проезжали всадники и кареты, а по второй неспешно двигались утренние прохожие.

В Тинкаре на улицах я так и не заметил ни одной женщины. Здесь же все было наоборот. То ли мужики Стайберга слишком долго спали, то ли день у них делился на мужскую и женскую половину, но среди пешеходов я оказался единственным мужчиной.

Дорога привела на базарную площадь. Несмотря на раннее утро, здесь копошилось довольно много народу обоего пола. Любопытство потянуло к торговым рядам.