Странный мир

***

Вода падала из расселины в скалах, обрушивалась в озеро, разлетаясь тысячью тысяч искрящихся на солнце брызг. Рыцарь невольно замер, созерцая красоту игры света и капель. Но дело не ждёт. Надо закончить поскорее и вернуться в деревню до наступления темноты, где героя ждёт прекрасненький ужин, пенистое пивко, тёплая банька, мягкая постелька, смачная шлюшка…

— Автор, не перегибай! У тебе тут не восточное тёмное фэнтези с гаремом! — влезла Тээна, тряся кулаком.

— Да ладно тебе. Одно другому не мешает.

В этой долбанутой истории может произойти всё, что угодно. Вот, как раз к нашему герою подкрадывается очередное «всё, что угодно»… буднично, рутинно, незамысловато, обыденно — всё, как мы любим.

Сначала Убивайко услышал сквозь шум водопада невнятное мурчащее бурчание, идущее откуда-то из леса. Он обернулся на звук, а затем до ушей из-за кустов папоротника донеслись слова:

Жил был на свете кашкалдаг,

С законами физики тварь была не в ладах.

Летал кашкалдаг в стратосферу,

И не знала птичка в этом меры.

Но пришёл злой охотник,

Достал свой арбалет,

Прицелился из копья,

И насадил кашкалдага на ружьё.

— Долбанутая какая-то песенка, — пробубнил рыцарь, глядя, как трясутся и трещат кусты мамоухника. Треск стоял такой громкий, что Убивайко почувствовал, как его кожа невольно покрывается чебурашками.

— И чё я ссусь-то? — сказал рыцарь, пожал плечами и вынул из ножен меч, готовый встретить любого врага.

Наконец, кусты бабоглазника исторгли на берег озера бородатого дедка в плаще и шляпе-конусе. Дедок держал в руке посох, увенчанный резной головой свиньи.

— Аха-кхе-кхе, — прокашлялся незнакомец. — Ты, значит, славный воин, пришедший убить мать чудовищ?

— Да, — Убивайко кивнул.

— Ну… звиняй тады, — дедок направил посох на рыцаря.

— Тоже за её головой пришёл? — Убивайко поднял меч, намереваясь разрезать любую магическую атаку.

— Не… я её тра… короче, пахарь.

— Хотел сказать «трактор»?

— Ну… тоже вариант, — дедок пожал плечами, ухмыльнулся.

— Огненная хрюшка!

«Уииииии!» — полетел в рыцаря фаерхряк, но герой, невзирая на долбанутость ситуации, не растерялся и резанул мечом. Огненная свинка с пронзительным визгом разлетелась на безвредные язычки пламени.

— Занятный мечишко, кхе-кхе, — кивнул дедок. — А так? Хрюшка Хадоукен!

Старик выпустил очередную визжащую сферу, прыгнув и свершив обратное сальто.