Солнце цвета ночи

– Не сдадимся мерзким колдунам! Раз-два! Раз-два! Раз-два!

Дружинники увеличили темп, весла начали гнуться и трещать. Кое-кто из викингов яростно захрипел, одно из весел сорвалось и с грохотом ударило по соседнему.

- Бесполезно, - Арнвид покачал головой. – Только утомишь воинов, конунг. Сейчас я попробую с этим справиться.

- Ладно, хватит, - сказал Ивар. – Всем готовиться к схватке.

Эриль поднял ладони, что-то сделал ими, словно дернул за подвешенную в воздухе скатерть, и мир вокруг изменился – солнце стало тусклым, как старая монета, над водой непонятно откуда появился туман, а остров обозначился четче, укрупнился.

- Они тут, - сказал Арнвид изменившимся голосом. – Они ждут. Они всегда голодны.

Руки его замелькали, рисуя один сложный символ за другим. Из-под воды донесся громкий, полный злобы и тоски вопль, и остров пополз вверх, выдвигаясь из волн исполинской колонной.

Ивар разглядел темные, громадные пещеры, напоминающие пасти чудовищ, острые скалы с торчащими на них остовами кораблей, увидел выходящих из мрака людей в шлемах причудливой формы.

Блестели странные доспехи, с длинных прямых клинков капала черная слизь. Выходцы из недр острова брели по застывшим волнам, точно по земле, впереди шагал могучий воин, из-под его шлема скалилось что-то, напоминающее лошадиный череп.

- Сам Донн, сын Миля! – прошептал Ангус, белея и падая на колени.

- А по мне – просто трупак, которого заждались в Хель, - заметил Нерейд. – Эй ты, образина? Дорогу не показать?

Мертвецы продолжали невозмутимо шагать.

- И чего местные эту погань не извели? – удивился Рёгнвальд Волк. – Сколько нам этот филид про могущество их друидов и святых рассказывал? И что с него толку?

- Никто не осмелится поднять руку на Донна, ведь он защищает Ирландию от врагов, - из-за лязгающих зубов голос Ангуса звучал невнятно. – И он предок многих знатных родов…

- Понятно, - кивнул Ивар. – Родич есть родич, даже если превратился в ходячее пугало.

Арнвид пыхтел, сопел, пот тек по морщинистому лицу, капал с бороды. Руны загорались желтым огнем, повисали в воздухе и плыли навстречу шеренге мертвецов.

- Эх, ловите! – Нерейд спустил тетиву.

Донн вытянул руку, колыхнулись обрывки кольчуги на его плечах, глухо щелкнули костяшки пальцев, и стрела оказалась зажата в них надежнее, чем заяц – в волчьей пасти.