Надежда умирает последней!

– Я бы им, ростовщикам поганым, показала бы Кузькину мать! Стольким людЯм жизнь испоганили, ироды! – и погрозила кулаком.

- Вы, уважаемая СтараяКошелка, - сказал я. – Сохраните этот настрой, да на пауков его и направьте. Думаю, что это только к лучшему будет.

А вот Белка тихо засмеялась.

- Что ж ты, девка, надо мной, старой, смеешься то? – нахмурилась Сигизмундовна. – Доживи до моих летОв, да и смейся тогда.

- Я не над вами, а над ситуацией, - стушевалась брюнетка. - Раньше ростовщиков пауками называли. А тут, сами посмотрите, как слова с делом сошлись!

- Вот! – назидательно покачала пальцем бабка.

– Чуяла моя душа! Чуяла! Недаром, и тех и тех я одинаково не любила!

- Сколько их там? – устав слушать Сигизмундовну, спросила Светка у Фанни.

- Четверо. По двое разбились. Первая пара ближе к двери, вторая – дальше. Но какие именно – сказать не могу.

- Да пофиг! Хватит уже сопли жевать! – Птицына резким движением руки толкнула дверь, куда без раздумий влетела Светка.

- Это что-то новенькое! – только и успела заметить сеструха, прежде чем на нее напали два паука.

Один десятого, второй одиннадцатого уровня.

Рояль тебе на башку!

С появлением пауков одиннадцатого уровня, обозванных системой «Быстрый плевальщик», мы поняли, что иногда бои с мобами могут быть одновременно сложными, муторными и противными. Потому что Плевальщики оправдывали свое название, метая в нас паутину по откату. Каждые 30 секунд.

Первый бой чуть не стал для нас фатальным из-за этого. Начали мы бить сначала именно Плевальщика, не зная, что от него ожидать.

Поступили то мы правильно, ведь в это время десятиуровневый только бил, не доставляя проблем своей паутиной. Но на этом все плюсы заканчивались.

Когда Плевальщик, спустя тридцать секунд от начала боя, запульнул паутиной в Белку, вся остальная группа, включая меня, слегка опешила. Но бить мы не перестали. Второй на очереди оказалась Птицына.

Я бросился освобождать сначала Белку, объясняя при этом остальным:

- Если кто-нибудь еще сейчас окажется в паутине, мы сильно просядем по урону! А если у него хватит маны, то пауки нас всех в эти коконы запакуют, да и сожрут с концами!

Почти освободил Белку, как полетел третий заряд.

Не повезло Холодечику, из которого, вообще, получился мячик, чем-то похожий на огромный клубок.

- Так! Петр! – заорала стоящая поодаль Сигизмундовна. – Ты ответственный за освобождение из паутины!

Похоже, бабке совсем не улыбалось оказаться в коконе. Уж больно голос нервный.