Надежда умирает последней!

Я думаю, что внутри кабины, в этом случае, безопасно, - подумав, сказал я. – Конечно, чтобы драться, там маловато места. Зато, если что, всегда можно найти, за что ухватиться, если трястись начнет. Руль там, рычаги всякие.

- А мне кажется, что места там достаточно. Кабина же с небольшую комнату! – с жаром опротестовала Птицына.

- Вам, может, и нормально, - встряла Сигизмундовна. – Но мне не хватит расстояния на нормальный выстрел.

Я почесал лоб.

- Тогда, сделаем так, - сообщил, наконец, я. – Мы втроем забираемся в кабину, бьем его изнутри.

Заодно он и вилами достать нас не сможет. А СтараяКошелка остается на своем прежнем месте. Да, придется умереть, если опять ульт свой запустит, - увидел я скептический взгляд бабки. - Но быстренько вернетесь обратно к нам. Или есть идеи получше?

Ни у кого идей не было, так что приняли мой вариант.

- Ч-ч-что это? – Светка резко остановилась недалеко от забора, от чего в нее врезалась, шедшая позади, Птицына, а сеструха тыкнула подрагивающим пальцем чуть повыше того места, где мы били босса.

Мы все посмотрели по направлению ее указательного пальца. Из всех возможных щелей крыши, что находилась над погрузчиком, валил белый дым.

- Может, еще какое умение, нас же он дезориентировал дымом, - спокойно отозвался я. Действительно, кто знает, что еще в загашнике у этого монстра?

- А что с Холодцом? – поинтересовалась Птицына. – Ждать его будем?

- Подождем немного, - согласился я. – Либо он помрет и я его перевызову, либо сам выбежит. Все равно, соваться внутрь пока не стоит.

Пусть эти клубы дыма улягутся, там и разбираться будем.

Холодечика ждать не пришлось. Стоило нам подойти впритык к забору, как увидели его, лежащего на зеленой травке, прикрывшего глазки и нежащегося на солнышке.

Внутри меня все вскипело. Как он может так спокойно отдыхать, когда из-за него мы все на перерождение отправились?

- Ух, гаденыш! – воскрикнул я и, сжав кулаки, уверенной походкой направился к питомцу.

Тот распахнул глаза, услышав мой голос, вскочил на лапки и, радостно виляя сразу обеими хвостиками, ринулся мне навстречу.

Я даже растерялся на мгновение. Потом взял себя в руки и, добавив металла в голос, спросил:

- Ты что это делаешь? Что за произвол! Так же ты нас в любом бою подвести можешь! Плохо, очень плохо!

Холодечик растерялся и, перестав махать хвостами, уставился мне в глаза. Потом спросил:

- Я хороший? Я молодец?

- Да с чего это ты молодец? – терпение мое лопнуло и я заорал на него.