Операция заячьи уши, или Магистр для кинолога.

Каждому взмаху хвоста вторил удар моего сердца, мысленно я отвешивала оплеухи медлившему магистру, от нетерпения прикусила губу, хотя находясь во власти адреналиновой пирушки даже не заметила, как изменившийся прикус пустил первую кровь.Через пару вздохов мужчина подобрался, куда только пропал расслабленный вельможа?Теперь же на его месте стоял готовый к броску зверь, а разряженный воздух сгустился вокруг источающей силу фигуры. Мужчина рванул без предупреждения, двигаясь рваными рывками, он пошел в лобовую атаку.

Но перед столкновением увильнул вправо, оставив позади мерцающий камень.Его движения не поддавались логике, он то подходил к зверю вплотную, а затем вместо того что бы ударить, уклонялся. То, проскальзывал под ревущей тушей, следом нагло пробегал по хвосту, а затем уверенно нырял под занесенную для удара лапу.Раздосадованный прыткостью своей добычи бобер не поспевал за изворотливой мелочью, и когда жертва протеиновой передозировки снова повернул, в мою сторону, в его глазах отразились лучи, что по яркости напоминали меч мастера Йоды. Зеленые нити, повинуясь негласному приказу хозяина, хищными лианами впивались в тело монстра, в реве бобра слышались нотки паники и ужаса, пока обхватившая голову нить не оборвала его песню.— Теперь твой выход госпожа комендант! — проговорил Вольфт, его взгляд, не отрываясь, смотрел на нити, которые словно живые превращали массивную тушу в мерцающий кокон, — Ну же, чего медлишь? Или ждешь особого приглашения?Сарказм в голосе разозлил, и, не смотря на полное не понимание, что делать дальше, я пошла вперед. Подходя ближе, краем взгляда отметила что, вокруг кокона разбросаны камушки, из которых и берет свое начало неоновый свет. В голову пришло только одно решение, и, боясь передумать, я подошла к дрожащей туше, в глазах животного плескалось безумие.—А ну возвращайся придурок! — и что было силы, всадила кулаком в бобровый лоб.От боли в глазах защипало, но что-то внутри, сродни шестому чувству не давало отвести взгляд. А безумие в глазах затягивало, словно всасывало в воронку, голова закружилась и только зрачки зверя увеличивались в пространстве. От мелькания цветовых пятен виски заломило, а затем как в фильме ужасов мир замер, а я рухнула на дно темного колодца.Погасли цвета, а на дне колодца осталась только я с гнетущим привкусом безнадежности, все остальное осталось за гранью. Гранью между мной и тягучим болотом безумия.