В поисках вечности

-- Вот последнее уточнение было лишним! – хотя Ингрид не обижалась на такие высказывания, прощать подобные вольности не собиралась:

-- Зато я в любую щель пролезу, а ты застрянешь!

-- А зачем туда лезть вообще? – искренне удивился вампир. – Но вот за мальчишку тебя выдать можно попробовать.

-- Зачем?! – также удивилась Ингрид. – Мальчишек не так уж и просто изображать.

-- Хорошо, что ты это понимаешь, но, может статься, придется. И сама подумай: юноша и девушка, путешествующие вдвоем – это куча слухов.

Даже без всякого повода насочиняют, просто от скуки и нехватки романтики в повседневной жизни. А любые слухи -- это след. Даже если изобразим брата с сестрой – а мы, на миноточку, совершенно внешне не похожи, -- я умаюсь от тебя ухажеров гонять. Даже на такую пигалицу найдется уйма желающих руки распустить. Будем не с вампирами сражаться, а с твоими кавалерами. А так, пострижем тебя…

-- Руки прочь от моих кос! И вообще, у нас даже охотники-подмастерья, и те волос не стригут.

-- Ну так перекрась хотя бы! Как думаешь, сколько людей щеголяют с такой снежно-белой шевелюрой?

-- Ни разу не видела никого.

Только у меня. – Ингрид насупилась. Столько думала о том, как затеряется на просторах мира, а насколько приметна ее внешность, совершенно забыла. Но вот так просто признать эту оплошность… -- Тогда ты тоже перекрасишься!

-- Ладно, -- покладисто сказал вампир. – Ну и какого цвета мы будем?

Ингрид придирчиво оглядела его черную шевелюру. И, между прочим, совершенно не короткую.

-- Рыжие! Хотя мы и не похожи, огненно-рыжий окрас нас сроднит в умах общественности. Достаточно редкий, чтобы не было мыслей о совпадении, достаточно приметный, чтобы отвлечь внимание от прочих нестыковок, и достаточно бедовый, чтобы никто не подумал, что мы специально покрасились.

Трист вопросительно выгнул бровь.

-- Встретить рыжего – дурная примета у местных. В городе стерпят, а в деревенский трактир могут и не пустить.

-- Но наш путь тогда сможет проследить любой, кому это мало-мальски будет интересно.

-- На полпути перекрасимся, и окончательно исчезнем. Мы даже еще не решили, в каком качестве появимся у Пустошей. Там любой разумный на виду: мирного населения мало, наемники, охотники, храмовники, торговцы. Может, торговцами заявимся?

-- Без товара?

-- Купим чего-нибудь по дороге. Это на тигра сотня золотых – мало. А так, это – состояние. Для мелкого купца.

-- Мы с тобой возрастом на торговцев никак не выглядим.