Милость Господня

- Мы ведь пираты, чего ты от нас ждал?

- Типографию - на абордаж! - Ричард на всякий случай добавил. Сборище головорезов материализовалось прямо из небытия. Пара матросов с кинжалами в зубах цеплялись за трубы, как мартышки за мачты, из ведра с пульпой вынырнул морской дьявол, а одноногий боцман стал чертить на примитивах карту Земли Санникова.

- Да не те карты! - рявкнул Ричард, чуть не опустив "батарейную" руку, но, по счастью, Адаманта крепко её держала. - Игральные, а не морские!

- Фукса сюда, срочно! - добавила Адаманта.

- Кого?! Кто этот Фукс? - Сэвендж уставился на неё. Ответ был лаконичен:

- Он прекрасно разбирается в картах.

* * *

Ифритового пепла как раз хватило на то, чтобы арендовать у кабатчика летнюю веранду трактира на один вечер - хотя что «лето», что «вечер» в аду понятия субъективные. Дюжина столов была тщательно очищена от крошек и сальных пятен. За эту подработку заказчиков трактирщик расщедрился на то, чтобы отпереть исключительно служебный туалет для посетителей.

За самым большим столом под охраной нескольких пиратов сидел коротышка Фукс, поднаторевший в особенностях новой игры не хуже придумавших её капитана с помощницей. Всем желающим он продавал за демонические части тела небольшие пакетики с картами, а за солидную доплату доставал из спрятанного под столом футляра для контрабаса те наборы, в которых, как он помнил, содержались «самые козыри».

За столом напротив Ричард учил новичков базовым правилам, а лысый бородач, исполнявший роль компаньона по партии, иногда поправлял своего гуру, если Сэвендж вдруг изобретал правило, противоречащее предыдущим.

Чаще всего Ричард признавал ошибку:

- Точно, я проверял вашу внимательность. Так вот...

Но если капитан ошибался на одну и ту же тему несколько раз, цепкая память вилкорукого начинала его раздражать:

- Не видишь, что ли, что Адрамелек и Диабло тоже на поле? Значит, их огненная аура распространяется и на Сета, а Сцилла её вытягивает и удваивает! Хватит меня запутывать!

Тогда помощник уважительно качал головой и замолкал, а слушатели записывали исключение из правил в тетрадочки смерти и зарубали на гоголевских носах, чтоб не забыть.

Остальные столы были отданы уже прожжённым игрокам, потирающим ожоги от штрафных выдохов судьи-Адаманты, наблюдавшей за партиями и собиравшей входные ставки.

В целом, бескровные сражения - ну, как бескровные, части демонических тел на деревьях не растут - проходили весело, но мирно.