Необычайные приключения в Нижних Пряничках

Специальная защитная плёнка на стёклах позволяла включать свет даже в ночное время, не боясь, что к утру от окон останется только название. Ночные жители не переносили свет ни в каком виде, и после нескольких инцидентов с разбитыми фонарями и разгромленными магазинами, администрация приняла решение свет ночью не включать. По какой-то причине красный неон высотки их совсем не раздражал, так что в определённый момент в городе установились определённые правила, которым большинство старалось следовать.

Гриша уже в девятый раз обошёл всё помещение, тщательно проверив замки, щеколды и щели.

Вердикт был неутешительным.

— Неужели научились?

Катенька залпом выпила коктейль и поморщилась. Барменом Гриша был неплохим, но только в том, что ограничивалось «просто налей и подожги». В остальных случаях пить это можно было предварительно закрыв нос и, желательно, глаза.

— Василич из кооператива говорил, что у него ключ на восемь пропал, — решила она внести свою лепту. — А Светка из продуктового жаловалась на три ящика помидор.

— Ключ Василич нашёл. Он его в яму уронил, да и забыл, — Савка поскрёб паркет ногтем. — А Светкины ящики я недавно в мусорном баке видел. Возле её дома, между прочим.

— Вот коза-а… А ещё ныла, что ей теперь вычтут!

Катенька постучала донышком бокала по столу, призывая Гришу повторить. Тот, недолго думая, подтолкнул поближе к Катеньке тарелку со своим новым изобретением, смешал ещё порцию коктейля, и в ожидании затаился за стойкой.

Катенька оценивающе уставилась на предложенное ей блюдо.

Выглядело отвратительно. Пахло так же.

— Григорий, что это? — грозно спросила она, потыкав вилкой в буровато-зелёное месиво.

Звёздный час повара настал. Он приосанился и вдохновенно начал вещать:

— Это, моя дорогая Катюша, самый вкусный салат в твоей жизни! Я своими руками собирал хрустящие молодые огурчики, щавель рвал, и…

Бамс!

Тарелка с грохотом упала в мусорный бак.

«Салат» для Катеньки был словом, которое нельзя произносить.

— Ты что… Ты что сделала?! — возопил повар, до крайности возмущённый таким обращением с его творением.

Катенька меланхолично пожала плечами:

— Выбросила ту дрянь, который ты пытался меня накормить.

— Дрянь?! — в его голосе мелькнули истеричные нотки.