Необычайные приключения в Нижних Пряничках

Где же ты прятался от меня всё это время?

Её голос был тёплый и бархатный, как парное молоко. Он убаюкивал Афоню и он понял, что если сейчас эта нимфа позовёт его с собой прямо в пасть адской твари — он, без сомнений последует за ней.

— В Пе-ензе, — промямлил он, расплываясь в блаженной улыбке. — Там есть аттракционы и вафельные рожки-и…

— Дяденька, нам нужно идти! — мальчик дёрнул его за рукав. — Это плохая тётя! Моя мама намного лучше!

Шлёп!

Афоня заторможено повернул голову и захихикал.

Желеобразное нечто, покрытое кусками дёрна надвигалось на него, разбрасывая вокруг себя грязь.

— Этого ещё не хватало, — прошептал мальчик. — Это мой человек, мой! — закричал он, махая на грязевую кучу руками. — Убирайся к себе в болото!

— Брлрлбр! — донеслось изнутри кучи.

— В смысле я твой человек?! — взвизгнул Афоня, пятясь в сторону дивной женщины.

— Иди ко мне, мой хороший, — томно звала она его, но что-то в её интонации Афоне не нравилось.

Он остановился, переводя затравленный взгляд то на странную компанию, то на дверь ресторации, и вдруг та, хвала богам, распахнулась и в оранжевом свете ламп возникла женская фигура.

Когда дело касалось спасения чей-то жизни, чувство самосохранения у Катеньки отказывало напрочь.

Когда дело касалось спасения жизни очень симпатичного ей незнакомца, к отсутствующему чувству самосохранения добавилась обыкновенная женская обида.

Ей очень не везло в делах сердечных и, чтобы как-то компенсировать одиночество, Катенька читала женские романы. Доблестные рыцари, нежные принцессы, всесильные маги и очень мужественные воины вселяли надежду, что и у нее когда-нибудь все сложится.

Но к тридцати пяти сложился у неё только шкаф. Прямо посреди ночи рухнул на пол, не выдержав веса книг.

Поэтому сейчас Катенька, отбросив все бесполезные советы о том, какой должна быть настоящая героиня романа, твёрдо решила взять судьбу в свои собственные руки.

Она выбежала из ресторации и понеслась к Афоне со всей своей максимальной скоростью.

— А ну, разбежались! — рявкнула она во тьму, и клацнула выключателем на фонарике.

Ничего не произошло.

Елена Прекрасная, прозванная так не только за свою внешность, но и за удивительно красивые стихи, которые она оставляла на телах своих жертв, развернулась к ней, и аккуратные черты лица стремительно начали меняться.

— … — сказала Катенька.