Небесный тихоход

— Ну, может, не в ангар поставили. Может, веточками закидали.

— Если там никого нет, — сказал Антуан, — то никто и не мешает нам опуститься пониже. Или даже сесть. Ну, а если вдруг нападут местные — отобьёмся, если что. Шуганём их огнемётом. А там и улетим. Так что давай, Хо-хо, заходи на посадку.

Всё-таки сначала наш корабль сделал круг над древней крепостью. Остров и в самом деле выглядел пустынным.

А вот откуда стреляли и чем, мы так и не поняли. Могучий удар сотряс судно. Драккар сильно накренился на правый борт и завертелся волчком.

Над левым же поднялся столб чёрного дыма. Завыла сирена. Хлестнувший по лицу ветер оповестил о том, что защитное поле исчезло. Корабль завалился на корму, и мы повалились друг на друга.

Потом последовал удар о воду озера. Драккар зачерпнул изрядно, точно ведро в колодце. Мы тут же промокли до нитки. Я, признаться, испугался. Подумал, что предназначенное для полётов судно начнёт тонуть. Но Варяг поплавком выскочил из водного плена и закачался на волнах.

— Кажется, это ни разу не местные, — простонал я, выбираясь из-под придавившего меня Антуана. Встряхнулся, как собака.- Хо-хо, какие повреждения?

Ответа не последовало. Сирена затихла. Зато завозился Антуан.

— Йормунгандова печёнка, — пробормотал он, утвердившись на четвереньках.- Ну, мы и шваркнулись! А где, интересно знать, моя пипка? — он принялся шарить по мокрой палубе.- И что это за осколки?

Протодиакон собрал куски пластика, что-то, отдалённо напоминающее платы, какие я видел у Кулиба, ещё что-то зелёное и оранжевое.

С ошарашенным видом привалился к борту.

— Добро пожаловать в реальный мир, — Аркадий Петрович тоже пришёл в себя и теперь с жалостью смотрел на приятеля.

— В каком смысле? — Антуан нахмурился и оторвал взгляд от останков прибора.

— Мир без гаджетов, блога и прочей чепухи, — пояснил поэт с виноватой улыбочкой.- А то ты что-то последнее время несколько оторвался от реальности.

Протодиакон зло засопел. Кажется, он готов был взорваться.

— Аркадий Петрович, — обратился я к спутнику, — кажется, нам срочно надо посетить душ.

Четыре глаза удивлённо уставились на меня.

— Ты что, не достаточно вымок? — поморщился пожилой поэт.

— Хеймдаль не отвечает, — пояснил я.

Аркадий Петрович тут же поднялся, цепляясь за борт, и понимающе кивнул:

— Антоха, мы в центр управления. Надо проверить.

Мы спустились в трюм и затопали в сторону душевой, оставив главу экспедиции в одиночестве переживать утрату.