Всё хорошо, что хорошо кончается

Принесло это вам радость? Стоило оно того? А-а, что я говорю — такие, как ты, вряд ли признают свою неправоту.

Я и смущён, и рассержен. На самом-то деле этот поступок относится к тем, о которых я жалею и которые ни за что бы не повторил, будь у меня возможность выбрать ещё раз. И очень неприятно слышать слова осуждения от людей, не ведающих о моих теперешних чувствах.

— Надо сказать, — ворчу я, краснея, — мне довольно стыдно за многие события прошлого. И я даже просил прощения у Андраника, было дело.

Тилли недоверчиво глядит на меня.

— Хм, — произносит она. — Будем считать, что я поверила, но знай: я за тобой приглядываю.

— Думаю, пора нам отдохнуть, — вовремя завершает Гилберт эту беседу. — И знаешь, Тилли, хочу сказать, твоя история про статуэтку очень трогательная. Случаи такого рода как раз становятся семейными легендами, которые заботливо передаются из поколения в поколение.

Это он, я уверен, врёт из вежливости, но Тилли сияет, принимая всё за чистую монету.

Глава 5. В небольшой отлучке я не вижу зла

К обеду следующего дня, преодолев ужасные снежные заносы, мы минуем озеро Глубь-Широкое и вскоре оказываемся у входа в подземное королевство.

Там, где раньше зиял провал, сейчас установлены прочные дубовые ворота, окованные железом. Это сделал король Фергус по просьбе Скарри Третьего Могучего, когда поток любопытствующих, желающих поглазеть на подземных жителей и Грызельду, перерос всякие рамки приличия.

К воротам прикреплена металлическая табличка, на которой крупно написано:

«ВАМ СЮДА НЕ НАДО!!!ЕЖЕЛИ ВСЁ-ТАКИ НАДО, СТУЧИТЕСЬ.

А ЕСЛИ ВАМ НЕ ОТКРЫВАЮТ — ЗНАЧИТ, ВАМ ВСЁ Ж ТАКИ СЮДА НЕ НАДО».

И на табличке, и на дереве ворот видны многочисленные вмятины от дверного молотка, но сам молоток отсутствует, осталась лишь осиротевшая цепочка.

— Конские следы, — указывает рукой зоркий Карбри. — Прежде нас ктой-то здесь побывал.

Я многозначительно киваю, хотя и не могу разобрать, где же тут следы. За эти дни их припорошило свежим снегом.Тилли тем временем выпрыгивает из кареты, зажав саквояж под мышкой, и торопится к воротам, увязая в снегу.

Она колотит по створке кулачками, но звук почти не слышен. Тогда девчонка поворачивается к воротам спиной и что есть силы бьёт по ним пяткой.В дверях открывается окошечко, и оттуда на нас внимательно глядит серая конская морда.

— Что там такое? — спрашивает конь. — Кто таковы, по какому делу?

— Ничего себе, — удивляюсь я. — Столько всего на свете видел, а говорящих лошадей ещё не доводилось встречать.