Легко

Меня привели в небольшую комнату. Прямо передо мной через прямоугольный стол в кресле сидел человек. Смутные контуры фигуры могли принадлежать и мужчине и женщине, он или она не спешил выходить на слабый свет, пробивавшийся из узкого окошка под самым потолком. Может, у него экзема на лице и он стесняется? А может, он сглаза боится. Впрочем, какое мне дело?

- Твои вещи? – голос допрашивающего отличался необычайной сухостью.

На сколоченной из грубых досок столешнице находились аккуратно сложенные банковские билеты Российской Федерации, пятирублевая монета (остальные куда-то исчезли) и нож.

- Не а, второй раз вижу. Первый был, когда мужики на входе показали, - пришлось прикинуться дурачком и сочинять на ходу.

- Как они у тебя оказались?

- Их в одежде нашли.

- В твоей?

- Не. В моей отродясь карманов не было.

- А это что? - он указал на вывернутые карманы моих брюк.

- Карманы, - ответил я.

- А говоришь - не было.

- Так то в моей робе не было.

- А это чья?! – все-таки вышел из себя вначале невозмутимый следователь.

- Откуда я могу знать? - мне показалось, что он уже начинает сожалеть о том, что связался с недалеким задержанным.

- Но она же на тебе!

- А-а-а, - протянул я, словно сделал невероятное открытие, и почесал голову. – Ну и что?

- Если одежда на тебе - не твоя, значит, ты ее украл?!

- А вот и не угадали! - улыбка на моем лице должна была продемонстрировать невидимому собеседнику неописуемый восторг идиота.

- Тогда откуда же ты ее взял?! – мужик начинал терять терпение.

- Так… это… старушка добрая предложила поменяться. Сказала, что в моей одежде к Зюрюнграду не подпустят. Я поглядел - ее одежда краше моей будет. Вот и переоделся. Отколь мне ведать, что в штанах еще и карманы есть?

- Опиши старуху.

Я коряво нарисовал портрет той колдуньи, которую встретил возле пивной.

- Где ты ее видел? – на этот раз в вопросе дознавателя звучал неподдельный интерес.

- Да неподалеку отсель.

Мужик задумался. Через минуту из тени показалась его рука и легла возле браслета.

- Ты что-нибудь слышал про оборотный амулет? – спросил он изменившимся голосом. Сухость речи куда-то исчезла, сменившись мягкой вкрадчивой интонацией.

- Чего?

- Понятно. Тогда не мог бы ты подарить мне вот этот браслетик? - указательный палец следователя остановился в миллиметре от сверкающего предмета.

- Да забирайте хоть все, господин хороший. Мне же ничего не жалко.