Как раздать долги

И, наверное, последний раз я видел, как она возиться со своими дивными волосами много тысячелетий назад.

В следующий момент Свет поймала в зеркале мое отражение и выронила гребень из тонких пальчиков.

– Брат? Ты тоже здесь?

Я обвел комнату взглядом и неуверенно кивнул. Это место было знакомо мне до самой крошечной трещинки на стене. Когда-то давно, когда с момента моего создания прошли едва ли два десятилетия, я называл его домом. Сознание уже достаточно обособилось от Тьмы, и, сдерживаемый железной волей Отступника, я больше не мечтал уничтожить все живое.

Наш маленький, уникальный мир еще не был создан, и огромный дом-тюрьма, помещенный в защитное поле, напоминающее мыльный пузырь, бороздил просторы междумирья. Он дрейфовал между мирами, словно корабль, потерявший весь экипаж и теперь ожидающий, когда же милосердный ветер направит его на рифы. А я бродил по светлым нежилым комнатам, но чаще сидел в покоях маленькой сестренки, пытаясь привыкнуть к невыносимо-яркому свету, всегда окружающему тоненькую девочку. И постепенно он переставал слепить, согревая ту пустоту внутри, куда отец забыл вложить душу.

Иногда Габриэль даже доверяла мне заплести ей косу.

Как же давно это было. Или нет? Вдруг моя жизнь была лишь видением, и скоро названная мать позовет меня вниз, чтобы я помог ей с чем-нибудь? А потом из лаборатории вернется усталый отец и снова назовет монстром, которого не желает видеть в своем доме…

– Кажется, я должна находиться в совсем другом месте… это похоже на сон, нет? – голос Габриэль прозвучал глухо, будто на самом деле нас разделяла прочная стена.

– Там было что-то нехорошее. Но я уже забыла. Только знакомый голос. Брат, ты ведь меня найдешь? – серьезно спросила она, будто бы сомневалась в ответе.

– Да, – пообещал я, а в следующий момент реальность поплыла, причудливо смешивая цвета и лопаясь пузырями, словно кипящее молоко. Растворилась в белом тумане комната. Стих голос сестры.

Наверное, подсознательно я понимал, что все неправильно, не так, как нужно. И ловушка захлопнулась.

Но внутри было спокойно и легко, а еще очень просто. Без проблем, без тревог, без постоянного ожидания.

И если бы не это едва уловимое ощущение этой неправильности и дискомфорта, я бы так и остался стоять посреди тумана, бездумно наблюдая, как он медленно заполняет собой весь мой мир. Но что-то звало меня, искало, и я пошел сквозь густое, холодное Ничто на этот голос. Иногда замечал мелькающие в тумане фигуры людей, потерявшихся так же, как и я.