Как раздать долги

Впрочем, ничего хорошего она тоже не ощутила – фон на этом месте был ровным-ровным, словно тут жили не люди, а мастерски сделанные куклы.

Про себя огорчившись, Габриэль рассудила, что даже с привязкой брата к этому миру она никогда не сможет почувствовать его также как Темный князь. А значит, придётся действовать по старинке.

– Человек десять примерно, – подумав, ответил молодой рыцарь.

Девушка фыркнула:

– Примерно – это десять с половиной или девять с одной третью? – уточнила Габриэль. – Это если несколько десятков, можно сказать: примерно шестьдесят.

А посчитать десять или пятнадцать совсем несложно. Как мне кажется, во всяком случае, – добавила княгиня и насмешливо улыбнулась смутившемуся мужчине.

– Мы сами только вчера приехали, – вступился за подчиненного старший рыцарь.

На светлую ехидну княжеского рода он поглядывал с уже нескрываемым неодобрением, но чужое мнение Габриэль не заботило нисколько. Если ее не провоцировать – она милая и домашняя девочка, но если сами подставились – грешно не укусить побольнее.

– Еще не успели как следует всех опросить, сразу вас позвали, когда поняли, что самим не справиться.

Подождав, не последует ли и за этим объяснением колкости, он продолжил:

– Сначала пропали трое ребятишек: в лес гулять ушли. Но их быстро хватились, часа через два искать пошли, а уже следов никаких не было. Потом исчезли четверо мужчин, из тех, которые детей и искали. Они группами лес прочесывали. Когда остальные под утро собрались у опушки, выяснилось, что из чащи не все выбрались.

А потом и вовсе, по словам людей, чушь началась: якобы в нескольких домах девушки посреди ночи встали с кроватей и во сне пошли в лес. К одной из них ухажер такой пробрался – сюрприз сделать хотел – и увидел, как она в ночной рубахе за околицу выходит. Но догнать не успел, говорит: только за деревья ступила и будто растворилась.

Рыцарь замолчал, тяжело дыша, словно не говорил, а все это время бегал вокруг деревни. Остальные рыцари, до того молчавшие, тихо зашептались, что слышали, будто девушка и вовсе в дерево шагнула.

Выглядели безусые парни испуганными.

Габриэль мрачно наблюдала за тем, как быстро сменяются эмоции на лицах ее подданных. Хотелось сказать что-нибудь вроде: «Сейчас разберемся!» и пинками выбить из парней страх. Но обнадеживать, не разобравшись в ситуации, она не любила. С другой стороны, хотелось начать размышлять вслух, как это предпочитал делать брат, считая, что так логические конструкции получаются проще.