Раз поход, два поход

Гусляр снова захлопал губами, что-то говоря, замахал руками, палец его тыкал то в самогудку, то в окружающие дома, то упирался в собственное ухо. Иван внимательно наблюдал, потом неожиданно зевнул, вежливо прикрыв пальцами рот. Тараса это раззадорило не на шутку, он чуть вприсядку не пошёл и в запале неосторожно приблизился. Ванька понятливо покивал, аккуратно прислонил секирку к постаменту и быстро сделал пару шагов навстречу.

На последнем шаге Дурак без замаха влупил гусляру прямым ударом в лоб. Шумного опрокинуло на спину и протащило по земле, где он и остался лежать, раскинув руки крестом.

Иван подошёл, присел возле головы и выковырял у неё из ушей паклю. Потом осмотрелся. Других сообразительных с заткнутыми ушами не наблюдалось. Да, вообще, вокруг никого не наблюдалось, видимо, в последнее время центральная площадь популярностью не пользовалась.

Вот теперь Ванька аккуратно отцепил от мундштука трубку, и пошёл в сторону свинарника. Каждые несколько шагов он прикладывался к самогудке и выдувал сколько получалось туманной музыки.

На всё село, наверное, не хватало, не меха механические всё-таки, но на полсотни шагов можно было надеяться.

Ильич стоял возле изгороди и слеповато щурился. Иван подошёл вплотную и, стараясь не кричать, посоветовал:

— Ущи заткни.

Барин понятливо закивал и принялся обшаривать свой рабочий балахон. Через некоторое время Дурак сжалился и наковырял для него из подкладки пригоршню пеньки. Прозрев, Ильич обрёл привычную энергичность и гордую осанку. Ухватив Ивана за локоть он потащил его куда-то в сторону.

Оказалось вокруг села имеется тропка, по которой они добрались до дороги к поместью, а там уже через два поворота уткнулись в высокий каменный забор, вернее в закрытые массивные ворота в этом заборе.

Иван время от времени прикладывался к дудке, но больше на всякий случай. Хотя, кто его знает. Когда Дурак перестал гудеть и спрятал самогудку, из-за поворота дороги выскочила тройка парней, но приблизиться не решились, собрались там же на повороте в кружок и заспорили.

Барин заколотил ногами в ворота, долго ему утруждаться не пришлось, видимо за дорогой приглядывали. Дверь, прорезанная в воротах, гостеприимно распахнулась, и Ильич нырнул во двор, Дурак тоже задерживаться не стал.

В просторном дворе их встретил уже знакомый Ивану Силантий. Дворня тоже вначале высыпала во двор, но быстро рассосалась. Избавившись от затычек в ушах, Ильич принялся раздавать указания. Силантий слушал равнодушно иногда согласно кивал.