Истории Фамеллы

Алана как раз выпрямлялась над колыбелью, прижимая к груди успокоившийся маленький комочек; она обернулась на звук, и комнату озарила улыбка.

Маг, справляясь со внезапно нахлынувшей робостью, шагнул к жене; та, по-прежнему улыбаясь, протянула ребенка, и мастер щитов очень осторожно принял на руки хрупкое тельце. Младенец недовольно завозился, но тут же нашел уютное положение, прильнув к груди отца.

Эмрен смотрел на сына, и по лицу расплывалась совершенно счастливая улыбка.

– Только после работы? – весело спросила Алана.

– Откуда знаешь?

– От тебя красным эфлисом пахнет; этой краской ваш кошачий чародей всегда защитные знаки рисует, – женщина коснулась плеча мужа, с нежностью глядя на уснувшего ребенка. – Он позавчера родился… я ещё заранее хотела тебе написать, но все ещё злилась. Глупой была, конечно… я и сама-то все поняла, только когда мы поссорились.

– Такое бывает, – машинально ответил Эмрен, не в силах оторвать взгляда от младенца. – Оба хороши, милая; мне давно надо было вернуться.

Алана тихо засмеялась, и очень осторожно взяла сына на руки.

– Правда, он чудо?

– Ну, Сакари… – пробормотал мастер щитов, безуспешно пытаясь справиться с улыбкой.

– Откуда ты узнал-то? – недоумевал Аркадель.

– Мне ведомо тайное, – отозвался Сакари, торжественно поднося к губам пиалу.

– А если серьёзно?

– В ваше отсутствие его шурин прислал вестника, тот все и рассказал, – вздохнул санмёри.

– А чего же ты сразу не сказал? – подскочил Аркадель.

– Ждал подходящего момента, – признался Эннаори, – чтобы сообщить должным образом.

– Не можешь без эффектов, – покачал головой маг.

– Духи это любят, – развел руками Сакари.

23.03.2010 – 24.03.2010

До востребования

Дождь застал меня в четверти часа от Почты; пришлось выбирать – или быстро лететь и вымокнуть, или прикрыться крыльями, но плестись как черепаха. Выбрал второе: всегда терпеть не мог воду с неба.

Все равно шерсть слегка намокла. Когда толстая деревянная дверь закрылась за спиной, вода потекла на пол; господин Филибр выразительно приподнял брови.

– Извините, – смутился я. – С утра погода ясная была…

– Переждал бы дождь, – пожал плечами начальник Почты.

– Да он ещё часа три лить будет! – я махнул рукой и крылом разом. Капли воды полетели во все стороны; стало ещё больше неловко.

– Высушись, Инив, – велел главный леттерий. – В таком виде к письмам подходить нельзя.

Я кивнул и поплёлся в Каминную комнату.