Эльфийский для любителей

Теперь, если кто-то знающий возьмет, тут же увидит законченный по всем правилам оберег «от эльфийской дурости и гномьей гордыни».

— Теперь правильно, — заключила я, протягивая молоток эльфу, и хлопнула его по плечу: — Горжусь тобой.

Алест смущенно улыбнулся. Заговорил он лишь спустя пару минут, когда голос начал слушаться.

— Благодарю, — скупо, на полтона ниже, чем обычно, ответил эльф, подражая своим новым друзьям.

— Принято, — в тон ему заверила я, наблюдая, как Алест давится от смеха. Вот уж точно цирк, с моим тонким и высоким голосом гнома изображать, но ради такого случая можно было и опозориться слегка: никто же не узнает.

Внезапно пришедшая мысль оборвала веселье Алеста. Смех сменился потрясением, а после, глядя себе под ноги, эльф обреченно спросил:

— Мне теперь всегда придется так говорить?

— Как? — усмехнулась я.

— Вот так, — изобразил простуженного гнома парень. Кажется, на такие жертвы он не готов был идти даже ради принятия в коллектив.

— Нет. — Я отрицательно качнула головой. — Напротив, если будешь пытаться притворяться гномом, тебя перестанут принимать в компаниях.

Алест кивнул, запоминая, и, поправив пояс с ножнами для молотка, подал мне руку. Галантно и совсем по-эльфийски, будто мы на балу встретились.

— Позволите вас проводить? — лукаво усмехаясь, поинтересовался эльф.

— Позволяю, — хихикнула я и, за отсутствием веера, попыталась прикрыть рот учебной сумкой.

Алест подавился смехом, но, кажется, понял намек. То, что уместно на балу, не стоит повторять в обычной жизни. Особенно — я бросила быстрый взгляд за спину эльфа — при многочисленных зрителях.

Алест нахмурился, скосил глаза в сторону и процедил:

— Идем.

И рванул меня за собой. По сторонам он старался не смотреть, хотя осуждала публика скорее меня, чем моего спутника. На него она смотрела с неописуемым вдохновением, будто он был ожившей грезой.

Я мысленно посочувствовала другу: ближайшую неделю он без приключений в столовую не войдет.

До общежития мы добрались без проблем. Миновали лестницу, вовремя отскакивая с дороги сонных магов. Прорицатели огибали нас сами: будущая профессия обязывала.

Аника, пробегавшая мимо с вытянутыми перед собой руками, резко остановилась, кивнула и, не успев сказать ни слова, бросилась назад. Первый месяц учебы кончился: лекции уступили лидерство практикумам.