Удравшие из ада

- Я спокоен, - заверил сам себя Хрор, отчаянно сжимая кулаки и пытаясь уяснить, почему все плывет перед глазами, - сейчас я загляну вот в это окошко и попробую выпрыгнуть в него…

За окном обнаружилась довольно симпатичная пропасть глубиной в несколько сотен метров и со вкусом расставленные на ее дне острые камни.

Выпрыгивать Хрору расхотелось.

- Этого всего не может быть! – пробормотал он. – Это мне кажется! Надо только не бояться!

Прямо из паркета рядом с вором вылезло существо, похожее на человечка, грубо слепленного из огня.

- Точно, - сказало оно, дружелюбно потрескивая, - бояться не надо. Иначе пропадешь.

Хрор кивнул, закрыл глаза и побрел прочь.

Искусством двигаться в полном мраке он владел в совершенстве. Мог отыскать в темной комнате кружившееся в воздухе перо, не потревожив висевшие на веревочках колокольчики.

Поэтому вор оказался сильно удивлен, когда буквально уткнулся в кого-то. Подняв веки, он недоуменно уставился на черноволосого студента в зеленой мантии, а потом собрался с духом и спросил:

- Как пройти в библиотеку?

Арс Топыряк еще разок оглядел человека в перчатках, облаченного с ног до головы в нечто черное, бесформенное.

- А тебе зачем?

- Почитать… хочу… - сказал Хрор и непонятно зачем спросил. – А где бабушка?

- Я за нее, - ответил совершенно сбитый с толку Арс. – Спустишься вон по той лестнице, потом направо главным коридором, ну а там увидишь двери. Такие черные, в магических знаках.

- Да, - кивнул вор и, что-то бормоча себе под нос, зашагал в указанном направлении.

Время от времени он ощупывал перед собой воздух.

Вечернее богослужение в храме Бевса-Патера, Отца Богов (звание номинальное), всегда отличалось повышенной торжественностью.

Оно и понятно – вечер лучше всего подходит для исполнения всяческих отцовских обязанностей: охаживания ремнем детских задниц, раздачи подзатыльников и поглощения ужина под бутылочку пива.

Но сегодня все шло вкривь и вкось. Проведшие большую часть дня на улицах жрецы то и дело сбивались, голоса их звучали хрипло и противно. Прихожане недовольно гудели.

Слушавший молебен Зубост Дерг приходил в большую и большую ярость.

Когда верховного жреца тронули за плечо, он повернулся с явным желанием наорать на нахала.

- Э? – спросил жрец-снабженец, испуганно отшатываясь.

- Что тебе? – Зубост Дерг сдержал гнев.