Эльфийский для профессионалов

– А вы давно знаете Матильду?

– Всю жизнь. Наша семья служит их роду и будет служить еще три поколения. Договор «Сар-Антар», – пояснила девушка.

Я промолчала. Хватило такта не спрашивать, тяжело ли находиться практически в рабстве. И так ясно, что сладко жить при такой зависимости можно лишь в мечтах.

– Мы привыкли, – предвосхищая какие-либо вопросы, ответила девушка. – И леди Матильда не плохая, что бы вам ни казалось. Просто она не может сидеть без дела. Для нее это пытка. И она пытается занять себя хоть чем-нибудь.

А здесь… к ней не все хорошо отнеслись. Полукровок не любят, – печально закончила она.

– Мне казалось, здесь все с нечистой кровью.

– Да, но кровь эльфа и человека легко совместима. А вот тролля… Но вы не думайте, от дедушки леди Матильда практически ничего не унаследовала. К тому же он был очень умный для своего народа. Иначе бы наш предок не пошел под его руку.

– Не сомневаюсь, – проговорила я, пока мне не стали излагать полное генеалогическое древо достойнейшей Матильды. – Что ж, если все обстоит именно так, то я спокойна.

– Спасибо вам, – улыбнулась девушка.

– За что?

– Теперь нас не будут игнорировать. С нами придется считаться.

И сказано это было так, что мне захотелось проверить, как быстро переходник унесет меня хоть куда-нибудь. Все же не на пустом месте у гоблинов возникла репутация злопамятных пакостников.

До самой ночи «избушка» не спала. Шатались стены, звенели окна, чей-то мрачный голос отчитывал мимо проходящий праздно шатающийся народ, но стоило луне показаться на горизонте, общежитие как вымерло.

Перестали хлопать двери, погас лишний свет. Даже коридор погрузился в полумрак. Вернувшись с прогулки по этажам, Матильда с девочками разобрали кровати и мирно уснули, пожелав мне приятных сновидений.

Увы, последовать их примеру я не могла. Заточенный в кольце Аларис начал показывать характер, накаляя перстень и требуя внимания. А мне необходимо было время, чтобы вновь резануть палец, зная, что заживить порез сможет только настойка Саргоса.

Это полезное зелье изобрел, как следовало из названия, в незапамятные времена некромант Саргос, которому надоело истекать кровью после своих ритуалов. Обычные целительские чары бессильны против ран, полученных в результате обряда жертвования. А таковых в некромантии – большинство. И если бы кто-нибудь поднял статистику, то увидел бы, что чаще всего во время ритуалов от потери крови умирала не жертва, а сам заклинатель, слегка переборщивший с порезом.