ЗАПИСКИ ЧУМУРУДНОЙ ШПОНЬКИ

– Это когда же ты научилась? Ты же пятьсот лет серой тенью проходила, и вдруг люблю, понимаешь! Чего-то тебя раскарячило, а?

- Ваша Серость, вы, конечно правы в том, что я сделала ошибки, Вы несомненно правы, когда сказали, что я пятьсот лет честно несла долг Братству Серых Домовых… Но, я посмею себе возразить Вам в том, что я не умею любить! Да, я люблю барина так, что готова умереть за него! – с каким-то внутренним трепетом сказала Ладушка.

В подвале повисла тишина. Такая, что было слышно, как где-то падает капля воды и разбивается о древний камень в основание дома.

Ага!

Знахарий долго молчал. Что он думал? Да кто ж его знает! Может быть он вспоминал свою человеческую жизнь? Когда и он, будучи юным воином, влюбился в дочь своего воеводы. И был подло убит в углу подвала. Но дух юности настолько был привязан к тому дому, что и стал он домовым. Оберегая ту, которую любил… А, потом её детей, внуков, правнуков… Да-ааа, тяжело задумался Знахарий. И было с чего. Так ведь он не мог оставить это дело.

Ведь эта недалекая не доделала обряд… А значит, те силы, которые ей помогли стать человеком, так же запросто могут её втащить назад. И будет она опять Креня… А видано ли дело, чтобы душа шастала туда-сюда? Не порядок ведь. Ага…

- Даю тебе сроку три дня. Если через этот срок ты не станешь его женой, не через людские обычаи, венчаться все равно не успеешь, а по сути, то я тебя верну в братство и накажу! Пойдёшь в Филькин скит, что стоит в Абрашкиной Пойме, на триста лет служения! Место тихое, но дикое! Там и поправишь свои мозги насчёт любви… Ступай, я все сказал!

Как только Знахарий сказал последнею фразу, так и пропал вместе с креслом невесть куда.

Ага!

А Ладушка в печали пошла на верх. Вон из подвала…

Ночью всегда тихо в барском доме. Уже уснула дворня, устав от дневных дел и забот. Сторож, обойдя дом хозяина, скрылся у себя в каморки до следующего обхода. Все спали. Ага! А нет, ошиблась я. Как-то одновременно открылись две двери и два огонька свечи бесшумно двинулись навстречу друг другу.

А когда они встретились, одна свеча испуганно погасла. Свечка же в руках барина продолжила гореть. Ну конечно же это были Ладушка и молодой помещик. Они упали прямо там, где нашли друг друга. А через несколько мгновений комнату огласил стон страсти и нетерпения… Дальше была жизнь…

Вона, как оно бывает. И страсть, и верность, и любовь. Я не знаю, как потом сложилась судьба у Креня.