Белая кровь

Он с интересом досмотрел, как с некоторым трудом правая фигура отбила заклинание заморозки (судя по тому, что рука мага при этом повисла плетью, волшебство его все-таки задело). И так же спокойно проследил за полетом направленных в него пульсаров. Щит заметно прогнулся внутрь, трети резерва как не бывало, но Рут, убедившись, что на щите не появилось ни одной трещинки, спокойно направился вперед.

Маг на крыше прицельно обстреливал Одру, мечущуюся по кустам. Девушку такое положение безумно злило, но ничего сделать она пока не могла.

Пару раз, когда наступали короткие секунды передышки, Блеир пыталась отвечать своими заклинаниями, но они были куда слабее и легко отбивались преступником.

Алекс, приблизившись к двум оставшимся на такое расстояние, чтобы использовать магию стало опасно, пытался вывести из строя хотя бы того, чью руку заморозила Блеир. Вторым противником оказалась девушка. Судя по отвратительным навыкам ближнего боя — целительница. Сделав нехитрую логическую выкладку, что против них сражается такой же специалитет, просто несколькими курсами старше, Рут припомнил, какие магические аспекты сильнее всего провисали у Лили.

Магия смерти.

Хорошо, что вечерами Энтони так громко разучивала заклинания, что не помогала даже подушка, которой Алекс сначала накрывал свою голову, а потом ей же пытался настучать по темечку супруги.

Правда, дар у него совершенно не подходил для этой специализации…

Отпустив щит, юрист вцепился в руки девушки и выдохнул простую формулу, расслабляющую мышечный тонус (обычно это применялось танатологами для замедления зомби, если те попадались слишком шустрыми).

Целительница отшатнулась, и, не удержавшись на ватных ногах, упала. Лицо волшебницы побелело и исказилось попеременно гримасами испуга и злости.

— С-сволочь… — почти проплакала она, пока второй маг испуганно шарахнулся от Рута.

До Алекса запоздало дошло, что трупам-то полное расслабление организма уже не так позорно, как живому человеку, тем более, девушке. Кажется, он нажил себе смертельного врага.

— Я тебя сейчас просто вскрою! — с ладоней целительницы сорвались призрачные лезвия. Одно задело плечо Алекса, от второго, нацеленного ему в грудь, он к счастью увернулся.

— Щит давай! — проорала позади Одра, которую стрелок все-таки достал, и боевик сама, кое-как натянув на себя полог, ждала, когда же у этого чертового снайпера иссякнет сила.

— Не могу, резерва уже не хватает, — прорычал Александр, когда еще одно лезвие пропороло ему бок.